– Мы не можем вот так запросто идти в табор, - проворчал викарий, который всей душой не одобрял нашу задумку пообщaться по душам с цыганами.
– Что о вас начнут говорить, мисс Бет?!

Я пожала плечами, не особенно переживая за собственную репутацию. Богатые наследницы имеют право на любые причуды, о них не рискнут злословить – скорее, начнут восторженно шептаться об очаровательной эксцентричности молодой леди. А я была даже и не наследницей – полноправной хозяйкой огромного состояния, которая распоряжается каждым шиллингом по собственному разумению.

Никто не скажет мне слова упрека. Помимо миссис Мидуэл, разумеется.

– Почему нет?
– пожала плечами я.
– Хоть какое-то развлечение в здешней глуши. Пока нас не начнет рвать на части местное общество. Вряд ли они пожелают проявить хоть какое-то терпение.

Жители Кловелли действительно смотрели на нас – неотрывно смотрели с восторгом и предвкушением. Мы были тем самым глотком cвежего воздуха, возможностью получить новые впечатления, которых так не хватает, если живешь в глухой провинции.

Когда мы собирались зайти в местную булочную, буквально наперерез выкатилась круглая как шар женщина лет сорока или чтo-то около того с жидкими волосами морковногo цвета, собранными в тугой пучок.

– Ох, миледи! Это ведь вы – графиня Карлайл, не так ли?! – совершенно бесцеремонно заговорила со мной рыжеволосая леди, напрочь игнорируя моих спутников.

Я смерила незнакомку прохладным долгим взглядом, давая ей время осознать, насколько неуместно ее появление и она сама. На какое-то мгновение показалось, будто женщине передо мной хватило этого взгляда, чтобы вспомнить, как именно следует себя вести в приличном обществе. Однако ничего подобного.

Женщина снова разразилась каким-то невнятным щебетом.

– Не имею чести знать вас, - обронила я с равнодушием, которое далось не слишком легко. Всегда не выносила чужой бесцеремонности.

И этот намек не достиг цели.

– О, миледи, меня зовут Эйлин Харли! Мы послали вам карточку, но я поспешила сама… – снова принялась тараторить женщина. Эйлин Харли, хозяйка безвкусного дома, что нависал над деревенькой Кловелли.

Что ж, особняк Харли отлично сочетался со своей владелицей.

– Рады знакомству, миссис Харли, - прервал поток слов мистер Дарем, и его голос был холодней ледников. Если мою отстраненность бесцеремонная леди словно бы и не заметила, то вот обращение священника подействовало на нее как ушат холодной воды.

– Прошу прощения, но я – леди Харли! – оскорбленно воскликнул жена деревенского сквайра.

Разумеется, преподобный Дарем – как и все мы – был прекрасно осведомлен о титуле Харли, просто священник желал поставить на место женщину, которая это место напрочь позабыла.

Разумеется, Эйлин Харли надеялась впечатлить викария, однако у Генри Дарема имелся определенного рода иммунитет к благоговению перед титулами. Ему ли было спустя месяц общения с графиней трепетать перед женой сквайра? И ведь даже во мне молодой священник в первую очередь видит человека, а не знатную леди. Но даже и прочие знатные представители высшего света, с которыми мистеру Дарему довелось познакомиться, не произвели на него особенного впечатления. А они были определенно не чета Харли ни по знатности, ни по богатcтву.

– Ах вот как, – произнес с плохо скрываемой насмешкой священник.

Наверное, что-то леди Харли все-таки почувствовала,или, быть может, все дело было в том, что не только моя собственная одежда, но также и наряды моих спутников были на порядок более модными и дорогими, чем у новой знакомой, а уж украшения миссис Мидуэл явно демонстрировали ее полное финансовое превосходство над женщиной, которая с нескрываемой гордостью настаивала на том, что она никак не миссис Харли, а леди Харли.

– Ох, я такая неловкая, – как будто замялась жена деревенского сквайра. Похоже, она все-таки сообразила, что сделала что-то не так и ей не особенно рады.

На самом деле, навязчивую особу все еще слушали только по одной причине – она была Харли, а именно ради разговора по душам с сэром Харли мы и проделали этот долгий путь до Кловелли. Возможно ли, что она жена родного отца мистера Джулиана Кина? Внешность у леди Эйлин Харли оказалась более чем посредственной,и это заставляло подумать, что и супруг ее – мужчина тоже вполне заурядный. Подобное тянется к подобному.