— Угу.

— Пять десятков сраных золотых один гребанный бутылек?!

— Мастер, научите меня. — Я взглянул ему в глаза, — Не собираюсь я мир разрушать. У меня есть лицензия, я вообще планировал на них зарабатывать.

— Пятьдесят золотых, — он продолжал ворчать себе под нос. — А как ты кстати ее получил, орден выдает ее только главе этих никчемных бездельников. Кто там сейчас у них главный я даже не знаю.

— Лекарство сделал от холеры. Оно простое в изготовлении, любой сможет сделать, и в семи из десяти случаев помогает, если соблюдать определенные правила. Да и людей лечил и обучал, я школу устроил, детей грамоте учил. Потом эпидемия холеры была, и я народ лечил бесплатно. Это узнал орден, ко мне экзекутор Нестор приезжал. Таскался за мной неделю выпытывал, а что, да как. А через неделю мне этот кругляш артефакта дали, с заверительным письмом. Это все узнала гильдия, и меня поставили перед фактом, или ты работаешь на нас, или не работаешь. Но тогда гниешь в канаве. А потом они меня продали. Как-то вот так.

— Тебе выдал лицензию Нестор?! — Мастер снова захихикал, — лекарю? Нестор, лицензию?

— Угу, кстати разрешите спросить, а почему его все так опасаются? Мне он показался вполне вменяемым. Да он безусловно предан своему делу, но он точно умеет слушать и слышать.

— Малыш Нестор, поцелованный огнем, эта история должна быть со счастливым концом. — Мастер сел, за стол снова взяв свою потухшую трубку и раскурил, — все члены его семьи пали жертвами войн и массовой резни беженцев. Один молодой идиот некромант постарался кстати. Горе и ненависть ожесточили его до такой степени, что слово “милосердие” он теперь воспринимает как самое страшное оскорбление.

Он пыхнул трубкой глядя на нас прищурившись, раздумывая.

— Хорошо Дарий. Оставайся и учись. Кто я такой чтобы спорить с богами, раз уж они тебя сюда привели. С воплощением и трактатом скульптора. Может именно ты вернешь нас на тот уровень, что мы все утратили. А может и низвергнешь в бездну. В любом случае, это будет точно интересно.

Я уже собрался уходить, но все же решил поинтересоваться.

— Мастер, скажите, пожалуйста. А вот эта гадость, — я прикоснулся к проклятому клейму, — ее вообще возможно убрать? Должны же быть какие-то способы.

Он глубоко затянулся, словно вытягивая душу из своей резной трубки. Прищурив глаза глянул на мое клеймо выпустил дым из ноздрей двумя тугими струями.

— В принципе возможно все. Но видишь ли Дарий, проклятое клеймо не просто так зовут проклятым. То, что тебе вылили на рану это по сути и есть само клеймо. Наружная выжженная часть лишь как форма. Оно само сидит внутри. Насколько я знаю сейчас есть всего трое, кто сможет снять такие вещи. В королевствах во всяком случае. Это высокоранговые целители, и ты должен понимать, что все эти уважаемые люди костеродные, главы своих Родов. И никто из них не будет делать это для чужака. Одна уж теперь точно, потому что недавно ты убил ее внука на дуэли. Остальные тебя скорее всего просто повесят, а труп отдадут в магистрат получив за это награду. Прости, но с этим тебе придеться разбираться самому. Учись хорошо, вполне возможно с помощью воплощения тебе удастся самому найти способ его свести.

— Спасибо мастер, — я поклонился ему, как младший старшему, — я ценю, все что вы сказали. Я не разочарую вас. — Глянув на Полночь хмыкнул, — идемте, ваше императорское величество.

— …Спасибо вам мастер, что рассказали нам…

Девушка из теней растаяла как дым спрятав книгу, сразу все голоса пропали, смолкнув. Я прикрыл дверь, мастер так и сидел откинувшись в кресле и задумчиво курил. Надев свою рубашку, я шел назад и понял, что я тоже бешено хочу курить, и мыться. В мыльню я хотел больше всего на свете, я весь уже чесался.

— …Теперь мы хотя бы знаем в каком направлении искать, а то очень трудно даже не знать, кто ты…

— Не отчаивайся, обязательно найдем. Думаю, нам следует посетить те руины после учебы.

Уже было раннее утро, и ложиться спать не было никакого смысла, нас все равно скоро всех поднимут. А ходить вареным весь день после короткого сна я не хотел. Оказалось, что так думал не я один, некоторые из учеников тоже не спали. Открытые двери комнат и тихие переговаривающиеся голоса отчетливо это подтверждали. Конечно почти все обсуждали сегодняшнее убийство мастером Джозефа, гадали кто напал на Карла и конечно мою скромную персону. Строя предположения, что со мной сделает мастер. Я шел и усмехался, слушая все это. Они замолкали, когда видели, как я проходил мимо их открытых дверей.

Дойдя в до своей комнаты я ковырялся ключом в старом замке, когда живешь вне закона, осторожность и внимательность становиться частью тебя. Я краем уха слышал, как моя соседка подкралась к своей двери, и теперь подслушивала как я шебаршу ключом. Я конечно делал это специально излишне громко, но и я не хотел скрываться. Да и неинтересна она была мне, чего бы она там не удумала. Открыв комнату я достал из своего рюкзака подарок Карлотты купленный перед отплытием. Элитный табак, сигарилы, которые просто так не достанешь. Я хотел курить, и собирался пойти подымить на балконе, пока не объявили подъем.

Погода была ветряная, ветер будто взбесился, он как бешеный пес сорвавшийся с поводка кидался на нас. Но он же разогнал тучи, и хоть небо уже начинало светать, но были отчётливо видны мерцающие в вышине холодные звезды рассыпанные бисером по небосводу. Было холодно, промозглая мокрая погода, пришедшая с первым снегом сказывалась, и мне уже привыкшему к постоянному теплу было некомфортно. Но курить хотелось мне гораздо сильнее.

Я стоял и курил в тишине, слушая как завывает ветер. Простое механическое действо здорово прочищало мозги и успокаивало нервы. Замок еще спал, ну основная его часть точно. И кроме ветра тишина была такой глубокой, что я слышал шорох ткани играющей на ветру. Так что я прекрасно услышал неуверенные шаги идущие ко мне.