Поэтому у меня даже мысли не возникло останавливаться. Вместо этого я рванул по коридору, лавируя между ошарашенными произошедшим вольниками.

— Стоять! — выкрикнул здоровенный детина преградивший выход.

В руках обрез двустволки с взведёнными курками. Вряд ли в зарядах амулеты. Всё же дорогое удовольствие. Поэтому я и не подумал выполнять его приказ. Вместо этого на бегу рванул из кобуры свою хауду. Полицейский выстрелил раньше. Грохнул дуплет. Нормальная практика. Грохнуть, скрутить руки ноги, а потом оживить с помощью «Лекаря».

Однако, я его удивил, ощутив лишь лёгкий двойной толчок пальцами. Мой «Панцирь» играючи сдержал этот натиск. А ведь противник был уверен, что бьёт с изрядным запасом, так, чтобы наверняка. Порох в патронах бурый, а потому стрелка не заволокло белыми клубами дыма, и я, пусть и не отчётливо, но всё же рассмотрел его удивлённое выражение лица.

В ответ грохнул мой выстрел. Убивать полицейского я не собирался, поэтому стреловидная пуля разметав щит, ударила его в бедро. Крик полный боли, и пока я преодолел три метра разделяющие нас, стрелок успел привалиться к стене, по которой и сползал, освобождая мне проход.

Выскочил в тамбур, буквально навалившись на спину какого-то мужика в лётной куртке. Наверное он заходил в здание, когда из-за двери раздались выстрелы, и поспешил ретироваться, а тут я. За малым не пальнул в спину. Не будь в трансе и не контролируй себя со стороны, однозначно на рефлексах пальнул бы в спину. А так только толкнул правой рукой.

Ошибка! На мужике похоже была «Кольчуга», воспринявшая зажатую в руке хауду как холодное оружие. В результате моя рука словно попала в кисель, и вместо того чтобы оттолкнуть вольника, я налетел на него всей массой. А вот на тело никакие амулеты воздействия не имели, и мы дружно полетели кубарем на мостовую.

Я успел сгруппироваться и ушёл в перекат через левое плечо. Мгновение и я уже на колене. Грохнул выстрел. Рядом вжикнула пуля. Ещё один, и лёгкий толчок в грудь. Третий, и опять только ощущение тычка пальцем. Судя по звукам стреляли из карабинов, но за прошедшие пару тройку секунд амулет успел вобрать достаточно Силы от «Зарядника», а потому попадания не причинили мне вреда.

Приметив одного из стрелков, не поднимаясь с колена вскинул хауду. Метров пятьдесят. Будь в стволе обычная пуля, и нечего даже мечтать попасть из этого коротыша. А вот для стреловидной пули ничего невозможного. Выстрел! Стрелок уже перезарядивший оружие, и вновь целившийся в меня, сложился пополам.

Впрочем, я этого уже не видел. Просто был уверен в том, что не промазал, вот и всё. Сам же едва нажав на спусковой крючок, кувыркнулся через левое плечо. Выстрел! Пуля вжикнула где-то высоко над головой. Ещё один! Громкий щелчок по каменной мостовой, и визг бесформенного куска свинца ушедшего в рикошет.

Я вскочил на ноги, и побежал в сторону подстреленного противника, стремясь вырваться из оцепления. Набегу переломил стволы, эжектор выбросил стреляные гильзы, пальцы выхватили из патронташа два патрона, и я отточенным движением вогнал их в патронники.

Пока перезаряжался мечась из стороны в сторону, прозвучало ещё два выстрела. Одна пуля прошла мимо. Вторая беспомощно толкнула в бедро. Едва клацнул блоком стволов, бросился на мостовую кувыркнувшись через левое плечо. И тут же едва ни синхронно раздались два выстрела. И опять вжиканье пули совсем рядом со мной, и толчок в бок. А хорошо стреляют сволочи! Да ещё и резво так!

Вновь встал на колено, и выстрелил в одного из них. Опять кувырок. Растянулся на мостовой, и вытянув руку с хаудой в строну последнего стрелка перекатился влево. И как раз в то место где я только что был, ударила пуля. Я зафиксировался лёжа на животе, и поймав в прицел полицейского выстрелил. Тот закричал, и схватившись за плечо начал оседать.

Всё же хорошо, что тут ещё не практикуют продвинутые тактические приёмы. Стройными рядами конечно не воюют, но и особо укрытиями не заморачиваются, этот к примеру только и того, что встал на колено. С одной стороны, оно вроде как только последняя треть девятнадцатого века, когда всё ещё воевали с гордо поднятой головой. С другой, амулеты являются серьёзным расхолаживающим фактором.

Впрочем, это я тут по привычке занимаюсь различными экзерсисами. Абориген на моём месте, и с моей защитой не катался бы по мостовой, а без затей попёр бы напролом непрошибаемым танком, и уже вырвался бы за линию оцепления.

Что я собственно говоря чертыхнувшись и решил наконец проделать. Только эта гениальная мысль несколько припоздала. Серьёзных стрелков в поле зрения уже не наблюдалось. В спину пару раз выстрелили из револьвера. Но пули прошли настолько далеко, что я на это даже не обратил внимания. А там и скрылся за углом.

— Гаврила, как у тебя? — прижав пальцем за ухом горошину «Разговорника», поинтересовался я.

— Народ малость волнуется из-за стрельбы. Но так-то, пока всё нормально.

— Котлы?