Правитель, увидев, что жизнь жрицы вне опасности, уже распоряжался прибежавшими на шум переполошенными слугами и охранниками. Пожар потихоньку угасал под напором вёдер воды. Кого-то послали за лечебными мазями, чтобы обработать ожоги. Карренг усадил невесту в кресло, по случайности не задетое огнём, и успокаивал её, как мог.

Народ на площади нервничал, роптал и возмущался. Все ждали либо начала зрелища, либо выступления монарха с речью — многие предполагали, что казнь всё-таки не состоится. И тут прямо из окна кабинета правителя донеслись крики и начали вырываться языки пламени. Со стороны мало что было понятно. Пожар… А отчего? Почему? Горожане заволновались ещё сильнее, кто-то даже начал пробиваться к входу во дворец — то ли чтобы помочь справиться с огнём, то ли чтобы поучаствовать в возможном при таких бедствиях мародёрстве. Однако стража оказалась не склонна допускать кого ни попадя в монаршую резиденцию, и новоявленных помощников, конечно, остановили. Тем не менее толпа колыхалась из стороны в сторону почти угрожающе, с разных сторон неслись крики, в которых слышалась то паника, то злость, пару раз кто-то особо смелый проорал какие-то оскорбления в адрес королевской семьи.

Приговорённый, и так, ясное дело, не пребывавший в радужном настроении, вовсе извёлся. Он уже минут двадцать стоял на эшафоте под петлёй в ожидании появления правителя. А теперь в сердце полезло чувство ложной надежды: а вдруг Вилренг погибнет или серьёзно пострадает, тогда казнь как минимум отложат до того, как полномочия примет его преемник, а то и помилуют. Крауш гнал непрошенные мысли прочь, но глазами продолжал жадно следить за заревом, отчётливо видном в окне кабинета.

На самом деле не так уж больно… Довольно легко можно терпеть… Но принцам вовсе необязательно об этом знать.

Продолжая причитания, Алисанда даже пустила слезу. И продолжала делать акцент в своих речах на то, что обычно её пламя не обжигает. «Ну, догадайся же спросить, дорогой мой!» — внешне жалобный взгляд устремлён на Карренга. Магичка старательно маскировала все другие чувства, кроме боли и непонимания.

И она добилась успеха.

— Как же такое могло произойти? — младший принц наконец-то задал правильный вопрос.

Лёгкое пожатие плеч, нахмуренные бровки, надутые губки — сама невинность. Актёрский талант — самое главное достоинство женщины, как всегда считала Алисанда.

— Сама не пойму… — Небольшая пауза, по которой сразу становилось ясно, что догадка есть, но озвучивать её не хочется.

— Любимая, подумай лучше. Ведь магия — твоя стихия. Должна же быть причина…

— Я не могу утверждать с гарантией… — неуверенно начала жрица.

Тут вмешался Вилренг:

— Говори, Алисанда, это дело государственной важности. Покушение на обоих наследников сразу. Если есть хоть какая-то версия, это уже хорошо!

Жрица спрятала лицо в ладонях и всхлипнула. «Как бы не переиграть…» На самом деле ей стало очень смешно, поэтому безопасней было спрятать глаза, в которых пристальный взгляд правителя мог различить торжество и насмешку.

— Ну же? — не выдержал старший принц.

— Если заклинание было сотворено магом сильнее меня, то вполне вероятно, что защита могла не выдержать, — тихо проговорила девушка. — Тем более… всё так неожиданно… я не успела наложить усиленные щиты… — Снова громкий надрывный всхлип.

Карренг разрывался между желанием сейчас же увести любимую прочь и успокаивать её, радуясь, что смерть прошла мимо и чудо свершилось — она осталась жива и почти невредима, — и осознанием необходимости выяснить все подробности немедленно. Уж слишком совпало по времени магическое возгорание с казнью обвинявшегося в заговоре бегущего. Теперь даже у младшего принца не осталось сомнений: Крауш действительно преступник, а возможно — предводитель целой организации, замышляющей мятеж против Древней Крови.

В конце концов Карренг пришёл к промежуточному решению: отобрав у служанки бинты и заживляющую мазь, он принялся аккуратно обрабатывать ожоги на руках и лице Алисанды, не вмешиваясь пока в её разговор с Вилренгом.

— Сильнее? Подожди, разве не ты — самый могущественный маг в городе, если говорить об управлении огнём? — Наследник недобро прищурился, думая, что поймал жрицу на нестыковке.

— Если брать только мою родную стихию, то да — сильнее меня, наверное, никого нету. Хотя и это сложно утверждать, так как ни с одним из местных магов я не мерялась умением в прямом поединке. Но… — на этот раз девушка удержалась от театральной паузы, просто жених неосторожно задел её обожжённую ладонь, и Алисанда прервалась, резко выдохнув воздух сквозь зубы. — Но есть как минимум один бегущий, чьи заклинания априори не смогу остановить — это Верховный, так как его поддерживает вся сила остальных всё то время, что жрец официально находится в должности.