— Они говорили о неисправности, — осторожно начал Хранитель, — но, ваше величество, это больше похоже на то, что они не дают полную мощность на Портал, словно специально оставляют лишь маленькую щёлочку, лазейку для одного человека. Мне это не нравится.

Молодой человек говорил уверенно, но тихо. Всё-таки спорить с его величеством, славившимся непростым характером, да ещё в момент, когда он явно не в духе, — поступок, требующий большой смелости.

Ланг лишь сердито-надменно хмыкнул, ничего не ответив.

«Как знаете, величество, — подумал Дэреш. — Конечно, мы же гораздо умнее, чем какой-то человек. Древняя Кровь не может ошибаться… Магия предков нам поможет…» Он старательно спрятал усмешку, склонив голову во внешне почтительном поклоне.

В тот момент Хранитель Портала и по совместительству главный архивариус Ликана не подозревал, насколько он был прав в своих предостережениях.

— Король не вернулся. Безбожники утверждали, что к ним он тоже не попал, исчез где-то в междумирье. Из-за неполадок и неустойчивости прохода. Абсолютно абсурдное заявление: ведь тогда считалось, что никакого пространства между нашей и их реальностью не существует. Но, как ни странно, — вздохнул Дэреш, — этому объяснению поверили.

Арман, по своей привычке (которая, к слову сказать крайне раздражала Влада) что-то вертевший в пальцах, на этот раз утащенное со стола призрака перо, остановил пляску предмета в пальцах и недоумённо сказал:

— Но очевидно же, что это была ложь! По крайней мере первый вариант развития событий, который приходит мне в голову, — правитель был убит либо взят в заложники. Неужели об этом никто не подумал?

Архивариус улыбнулся почти снисходительно.

— Конечно, подумали. Но в тот момент нам был нужен этот союз. Точнее, не нужна была война на два фронта. Рим здорово прижал верволков, а безбожники посулили оружие, продовольствие и даже немного своих войск.

— А ты предпочёл промолчать о своих подозрениях насчёт того, что Портал специально был открыт неправильно? — подал голос Чезаре. Интонация его была не совсем понятна: он то ли обвинял призрака в предательстве короля, то ли всего лишь выяснял подробности произошедшего.

Дэреш покачал головой:

— Меня в общем-то не особо и спрашивали. Кому интересно мнение обычного служащего, привратника, можно сказать… Я ведь и был по сути привратником, только открывал не двери особняка, а Портал в другой мир. В принципе разница невелика. — Эти слова отдавали отчётливой горечью и иронией. — Но вы правы, повелитель, я скрыл этот факт. Хотя, скажи я всё начистоту, это ничего бы не изменило. А междумирье, как выяснилось, всё-таки не миф. Оно действительно существует. Если его величество Ланг попал туда, как говорили безбожники, то остаётся ему только посочувствовать.

— Всё равно удивительно… — протянул Влад. — Словно заговор какой-то… Все думают, что правителя убили или захватили в плен, но упорно молчат об этом и продолжают мирно общаться с теми, кто нарушил гарантии безопасности переговоров. Уж слишком нереально.

Из губ архивариуса вырвался знакомый сухой шелестящий смешок:

— Нет, не все молчали.

— Если бы отец погиб при прохождении Портала, то Рубин бы погас, а потом перенастроился на меня полностью.

Вилренг расхаживал из угла в угол, нервно теребя обшлага рукавов. Верховный бегущий с волками наблюдал за принцем с сочувствием. Молодой наследник оказался перед необходимостью принять в свои руки власть слишком неожиданно, да ещё и эти скорбные обстоятельства. «А с другой стороны, преемственность монархической власти всегда происходит в траурных обстановке. Пока не умер король, принцу не занять его место. Стоп. Пока не умер король…» Крауш перевёл взгляд на главный артефакт, принадлежащий правящей фамилии — Волчий Рубин кроваво поблёскивал, покоясь в объятиях подставки на гнутых ножках. И не думал не то что угасать, но даже бледнеть. А ведь всегда при смерти основного хозяина магический камень «впадал в уныние» на несколько дней и только после этого так называемого «траура» признавал над собой власть преемника.

«Мальчишка-то прав, — размышлял Верховный, всегда мысленно называвший наследного принца так пренебрежительно, не только из-за разницы в возрасте, но ещё и потому, что отлично видел несостоятельность преемника Ланга как политика и интригана (а ведь искусство интриги для монарха едва ли не самое главное, иначе свои же придворные перехитрят и будут использовать в своих целях). — Король скорее всего ещё не встретился с Древним Волком. Или смерть в другом пространстве Рубин не „услышал“, не „почувствовал“. Если верно второе, то артефакту потребуется не один месяц, чтобы длительное отсутствие хозяина было приравнено к его гибели. Но, как бы там ни было, а правителя в Ликане сейчас нет. — Крауш едва заметно усмехнулся в усы. — И официально не будет ещё год. Если не появятся неоспоримые доказательства смерти его величества, то я и не подумаю устраивать обряд передачи власти раньше, хоть Рубин трижды настроится на Вилренга. А неоспоримым доказательством будет только тело короля. Почему-то мне кажется, что мы его не увидим. — Жрецу становилось всё труднее прятать торжествующее выражение лица, но к его счастью принцу было в данный момент совсем не до того, чтобы вглядываться в собеседника. — Надо что-то отвечать, пауза затягивается».