Всё правильно. Но... Они же люди Империи...

По телу прошла дрожь. Санни... Из неё тоже сделают низшего?!

— Стратег Ловсон, — повысил голос Дракон.

— Да, дор Боевой Лорд, — склонил голову Элай, оказавшийся посреди воя далёких звёзд. Хотелось заткнуть уши руками.

— Займитесь тоннелями. Найти все возможные выходы. Определить количество беглецов, их маршруты, возможности, состав. Доложить и ждать распоряжений. Мне нужны глаза Калькуляции повсюду. Бери столько мертвяков, сколько нужно.

— Слушаюсь.

— Что насчет Бессмертных? — проклацал ещё один стратег, имени которого Элай не помнил. — Операция затруднена необходимостью скрываться. Живущие во тьме при виде Даров Отца — немедленно поднимут оружие.

— Владыка снимает оцепление с города и отправляет войска во все ближайшие населённые пункты. Большинство Бессмертных выводят с Нуслайта, чтобы они не мешали поискам. Для охраны правопорядка останется несколько небольших подразделений, — сказал Шурхен. — Приказ об экстренной эвакуации уже отдан, и связь над планетой заблокирована.

— Что делать с теми из Бессмертных, кто нам помешает? — поинтересовался клацающий стратег.

— Офицеров обязательно брать живыми, отправлять в Колыбель. Остальных по возможности, — ответил жрец. — Они заблудившиеся, и наш долг направить их. Ты спрашивал про то, где мы возьмем офицеров, Дракон? Это мой ответ тебе. А сейчас я должен идти. О любых событиях докладывать мне. Я передам ваши слова Отцу.

Шурхен развернулся и, не оглядываясь, покинул капитанский мостик. Элаю пришлось приложить усилие, чтобы не посмотреть ему вслед.

Дракон собрал стратегов вокруг голограммы района, с точкой Мон-Го-Риана, обозначил направления. Говорил командир спокойно, уверенно. Но несколько раз взгляд Боевого Лорда падал на труп Йорга, и речь его на краткий, едва заметный миг, сбивалась. Или же Ловсону так просто казалось.

Но когда совещание закончилось, и офицеры двинулись выполнять команды, Дракон окликнул уходящего Элая.

— Ловсон. На минуту.

Стратег остановился, медленно обернулся к командиру.

— Подойди.

Остальные офицеры покидали командный пункт, и Дракон молчал, пока дверь не закрылась за последним из них.

— Да, дор боевой лорд?

— Я видел.

— Что, дор боевой лорд? — Элай напрягся. Он про руку на палаше?

— Смерть Йорга это горе для всех нас, — спокойно произнёс Дракон. — Придёт время, и Отец узнает о том, что это был преданный ему человек. И к тому моменту мне нужны живые офицеры.

— Боюсь, я не понимаю...

— Ты понимаешь, — мягко сказал командир. — Понимаешь. Мы все служим Отцу. И мы всегда будем служить ему. Этим захотят воспользоваться те, кто ближе к Императору, чем мы. Тьма в их сердцах тоже есть, Ловсон. Даже среди Серого Совета. Держи себя в руках. Когда придёт время — твой палаш мне пригодится. Но до той поры не выдавай себя. Если нужно притвориться перед Серым Советом — притворись. В том нет позора, Ловсон.

Элай кивнул.

— Пока здесь нет связи, я не могу поговорить с Отцом лично. Общаться же с ним через Серый Совет... Будет неосмотрительно.

Труп Йорга всё ещё лежал на металлическом полу.

— Зачем они сортировали детей, дор Боевой Лорд?

— Я всё спрошу, когда придёт время, — скривился Дракон. — Теперь — свободен.

Элай развернулся, под штурмовыми ботинками загудели ступени. Дары Отца приподнялись, сложившись вдоль тела и возвышаясь над плечами. На середине лестницы он снова остановился, обернулся. Боевой Лорд стоял над убитым стратегом, заложив руки за спину.

— Дор боевой лорд... — сказал Элай. — Тогда, когда вы ушли, после высадки на Раздор. К Отцу. Почему вы так поступили?

— Потому что так было правильно, — не поднял головы Дракон.

— Он говорил, что те, кто последовал за вами, станут низшими?

Командир оторвал взгляд от Йорга, перевёл его на стратега.

— Нет, — холодно произнёс Дракон. —Когда мы пристали к Колыбели, как он приказал, в вентиляционные системы запустили газ. Отец мудр. Отец понимал, что иначе не избежать кровопролития. Никто не хочет уходить из тьмы, стратег. Боюсь, что будь у меня свобода выбора в тот момент, я бы взялся за оружие. Я был слаб, Ловсон. Как и многие, привыкшие жить во мраке. Я понимаю замысел Отца. Да, мы стали теми, кто пойдёт авангардом его воли и власти. Позже, когда мир будет готов к свету, руки Отца будут развязаны и он сможет позволить себе оставлять волю каждому гражданину. Сейчас же мы его оружие, а оружие не должны одолевать сомнения. Ты умный человек, ты понимаешь замыслы Отца. Простой солдат не поймёт. Ещё вопросы?

— Нет, дор боевой лорд.

— Осторожнее с Тирраном, Ловсон. Ты любознателен. Это может погубить тебя.

— Почему осторожнее?

— Потому что он — знал. Я вижу, что тьма в тебе ещё борется со светом и надеюсь, что проиграет. Так же, как и я пытаюсь победить свою тьму. У него же сомнений не было. Он привёл своих людей добровольно. Зная, что будет обращён.

— Спасибо, дор боевой лорд.

Дракон отвернулся.