— Отпусти меня! Он, блядь, накачал Тессу наркотиками!

У меня перехватывает дыхание, когда Зейн смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Он, должно быть, видит страх, отразившийся на моем лице, потому что в одно мгновение он отпускает Истона и идет за ним сам. Будучи обученным Ноксом, борьба с Зейном — проигранная битва для любого, не говоря уже о том, кто не смог даже постоять за себя с Истоном. К тому времени, как они закончили, парень свернулся калачиком на лужайке, постанывая от боли.

— Никогда больше не позволяй мне видеть тебя здесь, понял? — Рычит Зейн, и парень хрипло выдыхает да.

Истон протискивается мимо Зейна и подходит ко мне. Он обнимает меня и ведет внутрь, проходя прямо через толпу, которая, кажется, расступается у него на пути. Мы вдвоем поднимаемся наверх и заходим в его спальню. Он закрывает за собой дверь, прислоняется к ней и вздыхает.

— С тобой все в порядке?

Я резко сглатываю. — Я так думаю. Ты? У тебя идет кровь.

Он вытирает подбородок тыльной стороной ладони и шипит, когда касается пореза. Я встаю и иду в ванную, хватая влажное бумажное полотенце. Истон садится на свою кровать, а я встаю перед ним. Я слегка касаюсь пореза, чтобы очистить его, и он скулит.

— Не будь таким ребенком, — дерзко говорю я. — Если ты не хотел, чтобы тебе причинили боль, тебе не следовало драться.

— И позволить ему сойти с рук за то, что он сделал с тобой? Ни за что, черт возьми.

Я выбрасываю окровавленную тряпку в мусорное ведро и сажусь рядом с ним. — Что ж, спасибо тебе. Тебе действительно не нужно было этого делать.

— Конечно, я бы это сделал. — Он поворачивается ко мне и пальцем нежно убирает волосы с моего лица. — Ты что, не понимаешь? Я сделаю для тебя все, что угодно.

— Истон, — выдыхаю я, качая головой.

Он вздыхает. — Я знаю. Мне жаль. Я просто скучаю по тебе, Тесс, и я ненавижу все, что связано с пребыванием без тебя. Я хочу, чтобы ты вернулась. Хочу, чтобы мы вернулись.

Я застываю на месте, когда он наклоняется ко мне. Все во мне кричит о том, чтобы двигаться, но я не могу. Я слишком оцепенела. Слишком поврежденная. Слишком сломлена. Его губы касаются моих, и я ничего не чувствую. В нем нет того волнения, которое я испытывала, когда Ашер делал то же самое, чувства необходимости вдохнуть его, просто чтобы получить его дозу.

— Ист, — бормочу я, пытаясь оттолкнуть его.

— Пожалуйста, — умоляет он. — Я люблю тебя, Тесс.

Эти три слова — это все, что я, сама того не сознавая, умирала от желания услышать, но они исходят не от того человека. Меня для него недостаточно. Меня никогда не будет для него достаточно. Слеза стекает по моей щеке, и я не сопротивляюсь, когда Истон укладывает меня на кровать и целует в шею.

— Я люблю тебя, — повторяет он, прижимаясь губами к моей коже. — Я так сильно люблю тебя.

***

Высвобождаясь от презерватива, Истон возвращается и падает на матрас рядом со мной. Я перекатываюсь на бок, подальше от него, и натягиваю одеяло до подбородка. Звук его затрудненного дыхания наполняет воздух, заставляя мой желудок скручиваться. Он приподнимается на локте и накрывает меня своей рукой.

— Я собираюсь выпить пива. Хочешь одно?

Я качаю головой. — Нет, спасибо.

Он наклоняется и целует меня в макушку. — Таблетки во втором ящике в ванной, задвинуты в дальнюю часть. Прошло еще несколько часов. Ты можешь взять еще.

Встав с кровати с вновь обретенной энергией, он натягивает спортивные штаны и выходит из комнаты. Я жду, пока берег очистится, прежде чем встать, чтобы снова одеться. На его комоде стоит недопитая бутылка водки. Я беру ее и делаю глоток, ненавидя вкус, но нуждаясь в эффекте.

Мои босые ноги шлепают по полу в ванную. Я запираю за собой дверь и ставлю бутылку на раковину. Выдвинув ящик стола, я нахожу большую рецептурную бутылочку, почти до краев наполненную Окси.

Когда я поднимаю глаза, на меня смотрит мое отражение, но это не та, кого я узнаю. Тушь стекает по ее лицу, волосы в беспорядке собраны на макушке. Ее скулы выпирают, как будто она ничего не ела, а в глазах не осталось жизни. Она выглядит холодной. Мертва для всего мира. Мертва для себя.

Мысли обо всем, через что я прошла, заполняют мой разум. Все, что происходило в подвале, на вечеринке, здесь. Всего этого слишком много. Травма — это невыносимая сила, которая постоянно подкрадывается, угрожая сломать меня в любой момент. Так жить нельзя.

Я делаю глубокий вдох и открываю бутылку, хватаю водку, чтобы проглотить ее залпом.

Одна таблетка, чтобы заглушить боль.

Еще пять, чтобы стереть воспоминания.

И все остальное, чтобы все это просто… прекратилось.