Шрифт:
В дверь снова зашли: двое, наплевав на этикет, обнимали и сжимали друг друга в порыве страсти, совершенно не обращая внимания на свидетелей.
Благо, им не было дела до беседующей нежити с охотницей.
– А что это поменяет? – не поняла Эльвира. – Не я, так мои коллеги за тобой явятся. Они уже в пути. Зачем мне упускать лакомый кусок?
Когда кровь ударяла в голову изгоняющей, многое становилось несущественным.
Осторожность?
Ерунда!
Есть враг, которого необходимо уничтожить. Целый мир – лишь зеленые огни в зрачках, и их нужно потушить! Эльвира жадно облизнулась и подалась вперед.
– Голос из тьмы говорил со мной! – проклятая выставила перед собой ладонь и зажмурилась. – Он или она сказал, что я имею право на отмщение. И дали переродиться в орудие мести. Я не трону никого кроме тех, кто изнасиловал, убил меня и оставил гнить в сточных водах! Я вернусь во тьму, завершив свою вендетту. Зуб за зуб – священное право каждого. Или оспоришь священный закон?
Становилось все интереснее. Эльвира никогда не слышала о том, как появляется на свет нежить из первоисточника. О мыслях в тот момент, когда она перестает быть живым и принимает в себя тьму. Изгоняющие лишь боролись с результатом перерождения.
– Сколько их было?
– Восемь. Осталось двое, и оба серных пса здесь. Не препятствуй Священной охоте.
Эльвиру одолели смешанные чувства: кодекс изгоняющих кричал о том, что мир должен быть очищен от нечисти любыми средствами. Тут не место этике и морали, есть взывающая к древней крови миссия и писаный кровью предков закон. Да, Эпопеева много раз нарушала этот пунктик абсолютного истребления зла, но на то всегда находилась причина.
С другой стороны, среди людей существовал другой закон:
кровь за кровь. Так им велели боги.
И право это было Священным столетиями. Многих это право останавливало – гарантированно, что ответ пострадавшей стороны настигнет обидчиков. Рано или поздно, возможно, за праотцов ответят потомки.
Эльвира как-то слышала концепцию о Великом прощении, вокруг этой идеи даже образовалась небольшая религиозная секта, твердящая о принятии ничтожности себя перед замыслом единого Всевышнего.
Но это учение на издревле языческих землях не прижилось.
– Йогара с тобой, нежить. Уходи на этот раз, – прошипела Эльвира и скрестила на груди руки. Она скосила взгляд на пол, где валялись треклятые туфли, в которые совершенно точно не хотелось влезать обратно.
Брюнетка резко кивнула и заторопилась прочь.
Какой юноша или девушка не скрывает своих грязных приключений в ночных клубах?
У каждого, правда, это свои истории: пара у окошка вряд ли кому-нибудь расскажет о сексе в публичном месте на глазах посторонних, а Эльвира... что ж, она и до этого нарушала кодекс.
Глава 9. Священное право
В голове всё перемешалось: «Не светись – сиди тише воды, ниже травы – останешься цела», – говорило здравомыслие.
«Нельзя безответственно бросать всё как есть!» – возмущался голос закона изгоняющего.
«Урви кусок силы» – немногословно, но эффективно соблазняла жажда крови. Голоса эти, твердившие каждый своё, переплетались хором в несчастной голове, готовой расколоться.
Тело рвалось в бой, а страх велел залечь на дно – а Эльвира все продолжала стоять у входа в уборную, ловя на себе удивлённые взгляды мимо проходящих людей и продумывая план действий.
Ошибку свою она осознала, когда заметила брюнетку-нежить, что-то шепчущую на ухо угрюмой охране. Крепкий детина кивал, смотрел из тени дверного проёма на Эльвиру, и ей совершенно стало ясно: через главный выход ей не пробраться.
Не имело значения, что проклятая нашептала серному псу под прикрытием охранника. Эльвира насчитала троих головорезов, которые на первый взгляд беззаботно отдыхали, но напряжение в воздухе прошептало знакомое «беги!».
Брюнетка покосилась на изгоняющую, сверкнула напоследок зелёными зрачками и скрылась за дверью.
Сбежала.
Теперь просто так не выбраться, придётся потратить время и найти другой выход из здания.
Изгоняющая вернулась к столику Стаса и его компании, осторожно присела на своё место. Беззаботно болтающие парни тут же притихли, уставились на неё с неприкрытым удивлением.
– Мне надо идти, – Эльвира положила ладонь на плечо Стасу. Тот неожиданно поморщился, будто от зубной боли. – Сейчас.
– Что с тобой случилось? – забеспокоился Ламиль, разглядывая возникшее декольте из трёх рваных полос. Под платьем грудь и плечо обтягивал пропитанный кровью эластичный бинт, словно Эльвира заранее готовилась к нападению.