П е т р Е в г р а ф о в и ч. Как это понимать?

В а р я. Гуд бай.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Да ты, как я посмотрю, уже на нескольких языках изъясняешься!

В а р я. Дело наживное. Шучу, шучу, я от библиотечного дела никуда. Выучусь — и прощевайте.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Зачем же «прощевайте»? А ты оставайся.

В а р я. Ишь вы какой ловкий. И домработница, и библиотекарь. Этак вы меня совсем закабалите. На личную жизнь времени не останется.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Личная жизнь — это, знаешь, штука непредсказуемая. Тебе кажется, она у тебя есть, а на поверку — нет.

В а р я. А вы откуда знаете? Вас вроде эта каторга миновала.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Необязательно самому бочку горчицы съесть. Достаточно посмотреть, как другие давятся. Да и всякое было в моей жизни. Так что и я не только зритель. Ты, кстати, была в театре?

В а р я. Была, была. Спасибочки за билеты.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. На здоровьечко. Ну и как «Вишневый сад» тебе и твоему геологу?

В а р я. А при чем тут геолог? Я с подругой была. Из общежития. Ей очень понравилось. Она только спрашивала: «И чего этот Гаев к Яше придирается — курицей пахнет? Ну и хорошо, что курицей пахнет».

П е т р Е в г р а ф о в и ч. А ты все поняла?

В а р я. Вроде все. Я только одно скажу: теперь таких неделовых женщин не бывает.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Хорошо это или плохо?

В а р я. С одной стороны, вроде хорошо. Не деловая — не сумела вишневый сад сохранить. А с другой — деловые его порубят.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Так уж порубили.

В а р я. Жалко. Ну что, дадите мне теперь свою книгу? Вы обещали. Меня знаете как в библиотечном техникуме сейчас хвалят? Вот хоть я и старая…

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Какая же ты старая? Девчонка.

В а р я. Это с лица. Подруги в общежитии даже завидуют. А в душе морщин хватает. Старуха.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Слушай, старуха, ты меня сегодня обедом кормить будешь?

В а р я. А как же. Я вам сегодня такое приготовила! Сюрприз. Сейчас подам.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Нет. Сегодня я на кухне обедать буду. Накрывай там и позови, когда все будет готово.

В а р я. О’кей!

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Ты смотри что делается!

В а р я. Вот услышала где-то и взяла на вооружение. (Выходит.)

Петр Евграфович берет отложенные книги, кладет их на письменный стол. Затем подходит к полке, выбирает одну из книг и делает на ней надпись.

(Появляясь.) Все на столе.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Вот тебе моя книга. С надписью.

Варя берет книгу, раскрывает, читает надпись и смотрит на Петра Евграфовича.

В а р я. «Ходи в театр, Варя, и ты проживешь много жизней». Ну уж эту-то книгу я наизусть…

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Да будет тебе! Я ведь все-таки кое-что соображаю.

В а р я. Спасибочки вам.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. На здоровьечко вам.

В а р я. А можно, я вас за нее поцелую?

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Что с тобой поделаешь, целуй.

Варя целует его. Медленно отодвигается.

В а р я. Ну и нахалка я! Извините, если противно. Я от души.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Кто же так от души обнимает? Вот как надо! (Крепко обнимает Варю и пристально смотрит в глаза.) Что, испугалась? (Отпускает ее.)

В а р я (шепотом). Ни капельки.

Звонок в дверь.

Я отворю! (Бежит в прихожую.)

В прихожей слышен шум и голос Вари: «Это еще что?! Ты зачем сюда пришел! Уходи! Уходи сейчас же!»

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Что происходит? Кто пришел, Варя?

Голос Вари: «Да тут… Он сейчас уйдет».

Появляется В л а д и м и р, за ним В а р я.

Вам кого, молодой человек?

В л а д и м и р. Вас!

П е т р Е в г р а ф о в и ч. А вы, собственно, кто?

В л а д и м и р. А я, собственно, муж!

В а р я. Ну ложь все это, брехня!

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Погоди, Варя. (Владимиру.) Что вам от меня надо?