По мере удаления от лагеря света становилось все меньше и Сэму пришлось активировать поясной фонарь. Холодный свет осветил окружающее пространство коридора, и Сэм различил начинающиеся появляться поросли лишайника, в котором, если судить по его шевелению, обитали мелкие насекомые. А потолок зарос плесенью — сказывалась близость тоннелей к воде.

Дальнейшие три часа Сэм бродил по узким коридорам первого уровня. Изредка ему попадались крысы и какие-то жуки больше всего похожие на скарабеев: сферические панцири, массивные головы и десяток толстых лапок. Изредка эти жуки достигали в размерах пяти шести дюймов. Сэм размышлял: стоит ли ему убить тех крыс переростков, когда вышел в просторную комнату с вездесущим лишайником и целой колонией жуков скарабеев в углу, напоминающей Сэму муравейник, созданный из желеобразной затвердевшей массы. Пахнуло дикой смесью мочи, куриного помета и разложившихся трупов, и он понял, что за запах преследовал его на протяжении десяти минут. Сами по себе жуки не представляли никакой опасности, поэтому Сэм осторожно, чтобы не наступить на желеобразные кляксы на полу, обошел комнату по противоположной от муравейника стороне комнаты, и вышел в другой коридор.

— Ну и мерзость, — проговорил Сэм, не обращая внимания на то, что его голос прозвучал немного звонче чем обычно: и много такой пакости здесь?

— Не знаю. Оказывается эти муравейники сливаются с общим магическим фоном, а все тоннели я не облетал, карр.

— Отлично, — пробормотал Сэм.

Их спор прервал отчаянный визг за поворотом коридора. Человек кричал бы не так, поэтому Сэм укрепил покров и, вытерев пот, медленно направился к источнику звука.

Крыса попала в ловушку — это Сэм увидел, выглянув из-за угла. Что-то висящее на потолке медленно подтягивало крысу к себе с помощью тонкой зеленой лианы. Крыса извивалась все меньше и меньше пока через несколько минут не обмякла, хотя лиана и перехватила её поперек туловища. Охотник поднял голову выше, чтобы увидеть Бурую Мухоловку, которая выросла до размера двух футов в длине и примерно фута в ширине, тем самым перекрывая дальнейший путь по коридору.

Искать обходной путь Сэм не хотел, поэтому сплел три сферы: одну взрывную и две кислотных. Отправив их в мухоловку, Сэм спрятался за угол: слишком близко она висела от охотника, поэтому он опасался, что зацепит и его.

Сначала послышался хлопок от взрыва, а затем шипение кислоты, и почти сразу Сэма чуть не оглушил визг очнувшейся крысы, на которую попала кислота. Он осторожно выглянул, чтобы осмотреть получившийся результат: на полу истерично брыкалась крыса, заваленная шипящими остатками мухоловки. Визг все больше переходил в тонкие завывания, и Сэм, не выдержав, вытащил кортик из ножен, после чего растянул покров и на сапоги и, приблизившись к куче, воткнул его в крысу, которая тут же смолкла, а в охотника перелилась крохотная струйка энергии. Осмотрев пол и стены, Сэм заметил брызги кислоты, которая выела в камне крохотные ямки — пожалуй мухоловке хватило бы и одной взрывной сферы. Поэтому он подумал, что впредь нужно лучше рассчитывать свои силы, чтобы их хватило на дольше. Вытерев кортик одним из специально приготовленных платков, Сэм отправился дальше по коридору.

Еще два часа он бродил по коридорам и убивал мухоловок с крысами. Стоит отметить, что только первая мухоловка имела такие гигантские размеры. Поэтому проблем с их зачисткой у охотника не возникало. Со временем ему все чаще начали попадаться кости мелких грызунов и панцири жуков, а один раз он натолкнулся на скелет гоблина. Сначала он перепутал его с детским и только внимательный осмотр помог ему понять, что дети не обладают такими длинными и острыми зубами и дугообразным позвоночником. Наткнувшись на скелет он начал еще внимательнее относиться к различным мелочам и перешел на медленную ходьбу, стараясь как можно меньше шуметь — именно самоуверенность является причиной гибели весьма опытных наемников.

Он уже собирался разворачиваться, чтобы идти обратно в лагерь, когда в противоположном конце коридора появился силуэт крысы. Свет фонаря не доставал до нее, но Сэм в полумраке хорошо различил и острые когти длиной в палец взрослого человека, и жесткие иглы на спине, которые делали крысу похожей на дикобраза. Ворон немного преуменьшил размеры этой твари — ее рост приближались к трехмесячному теленку и кончики игл на её спине доставали ему до шеи. Сзади раздался тихий топот лапок и шорох игл, и, обернувшись, Сэм понял, что его зажали в тиски.

Чтобы сплести заклинание стены, Сэму понадобилось несколько драгоценных секунд. Сзади него возникла темная стена в потолок, от удара в которую крыса заверещала, а потом в него врезалась передняя. От удара у него перехватило дыхание, но он успел с ориентироваться и, пока крыса пыталась придти в себя, Сэм наложил на нее пресс. А потом воткнул кортик в левую глазницу зверя. Лезвие проскользнуло по жесткой шерсти животного и с тихим чавканьем вошло в глаз твари. Сэм поднажал, чтобы добить наверняка, и вскоре почувствовал поток энергии, что смывал усталость и немного отдалял приближение отката.

В этот момент стена истаяла, а находящаяся сзади крыса со всей дури врезалась в Сэма, прижимая того к мертвому телу подруги. Он вытащил кортик из раны и, крутнувшись, ударил напавшего животного. Лезвие проскользнуло по телу противника, и Сэм чуть не лишился оружия, когда крыса в диком прыжке извернулась и схватила клыками за его кисть.

«Карр!» — прокаркал ворон и воткнулся клювом в глаз твари, отчего она выпустила кисть Сэма и отпрыгнула еще дальше — похоже Бену не удалось достать до мозга животного, а затем он взлетел, позволяя Сэму ударить крысу. На этот раз охотник попал, но из-за прыжка у него заболели мышцы и связки, а крыса попыталась соскочить с оружия, но Сэм сделал шаг и изо всей силы налег на кортик. Крыса дернулась, раздирая передними лапами покров, и Сэм ощутил, как обжигают его тело царапины — вряд ли когти этой твари стерильны. Но поток энергии пробежал по телу Сэма от правой руки к ногам, заживляя порезы и разорванные мышцы. Когда энергия кончилась, Сэм отошел к стене и рухнул на пятую точку. От напряжения у него дрожали руки, поэтому он закрыл глаза и принялся медленно дышать, не позволяя себе отвлекаться на довольные выкрики птицы, которой наконец перепало пищи.

Он пожалел о том, что не догадался взять с собой ничего кроме куска хлеба и полоски вяленого мяса, но сейчас ему хватит и этого. Сэм медленно поднялся и потопал за поворот, чтобы не видеть, как ворон клюет крысятину.

Хлеб с мясом упали на благодатную почву. Сэм запил все энергетическим зельем, после чего поднял с пола кортик и протер его. Багровая кровь еще не успела загустеть и въесться в метал, поэтому справился он быстро.

— Долго ты там? — спросил Сэм у ворона, закончив чистить оружие.