В такой ситуации стало абсолютно неясно, стоит ли вообще посылать на дело отряд Вингейта? Ведь взрыв железнодорожного полотна сам по себе не столь уж великое дело, если в дороге нет срочной необходимости — повреждения исправят. Но Вингейт был убежден, что проводить операцию все равно нужно: отсрочки расхолодят его людей, которые сейчас в хорошей форме. На деле будет опробована его теория «глубокого проникновения» и приобретен опыт похода в джунглях. А это обязательно пригодится в дальнейшем. И в Индии, и в Бирме население должно увидеть, что японцы вовсе не абсолютные хозяева положения.

Точка зрения Вингейта была принята. В начале 1943 года в Ассаме (северо-восток Индии) генерал Вейвел простился с отрядом. С ним был корреспондент, и Вингейт дал ему интервью, которое планировалось опубликовать позднее. В нем Вингейт впервые назвал свои силы «чиндитами». Название прижилось, под ним отряд и вошел в историю. «Чиндит» — это создание восточноазиатской мифологии, нечто вроде крылатого льва.

«Да храни вас Бог, джентльмены», — сказал Вейвел «чиндитам» перед началом операции. Забегая чуть вперед, скажу, что главное наступление англичан на юге Бирмы полностью провалилось. В феврале-марте-апреле 1943 года англичане были полностью разбиты и откатились в Индию.

16 февраля 1943 года «чиндиты» перешли реку Гиндуин, приток Иравади, которая разделяла позиции англичан и японцев. У Вингейта было около 3 000 человек, 1 тысяча мулов и несколько слонов для транспортировки тяжестей. Переправлялись в глухих местах, где не было сплошной линии фронта. Приняли разные меры для дезинформации японцев. В частности, в одной деревне разыграли целый спектакль. Было известно, что там есть японские агенты, и они, соответственно, получили ложную информацию, отвлекшую японцев от места переправы.

Переправа, хоть врага поблизости не было, шла весьма негладко. Люди плыли на резиновых лодках, понтонах, а мулы должны были плыть сами, за лодками. Но им это не понравилось. Так что пришлось повозиться. Затем отряд углубился в джунгли, стараясь идти по самым диким местам. Каждая «колонна» двигалась отдельно, поддерживая связь с другими подразделениями по радио. Тогда это было новинкой, которая себя в целом оправдала, хотя со временем оказалось, что есть и оборотная сторона медали.

Конечно, все очень отличалось от времен «Сил Гидеона». Местное население в основном было настроено прояпонски. Да и сами японцы — это вам не были итальянцы. Тем не менее первые две недели все шло неплохо. Сказывалась хорошая подготовка. «Колонны», как и было запланировано, шли по безлюдным местам, приближаясь к объекту атаки — железной дороге. С воздуха сбрасывали все, что нужно, и даже больше того. В пакетах, сброшенных с парашютами, были и личные письма, и газеты. В добавление к сухарям и консервам передавались разные вкусности, что не планировалось, но летчики добавляли это по своей инициативе.

К началу марта отряд вышел к железной дороге и начал воевать. Тут особенно важна была координация действий «колонн» по радио. Одни отвлекали японцев, другие нападали на мосты, взрывали их, ломали дорогу, устраивали завалы, взрывая скалы, нависшие над ней. Возникали короткие яростные схватки. Японцы бились отчаянно, и скоро у «чиндитов» возникла та проблема, которой боялись, — раненые. Ядом все же не пользовались.

Кто не мог идти, того оставляли в деревнях. Места близ железной дороги были уже более населены, чем джунгли. Англичане имели запас серебряных монет (рупий) и за все, что брали, платили бирманцам. Оставляя раненых, они, конечно, оставляли медикаменты и деньги, предупреждая бирманцев, что те ответят за каждого человека. Но раненых все равно, как правило, выдавали японцам. А зря. Гуркхи были людьми мстительными и в дальнейшем свели счеты с этими бирманцами.

Благоприятствовало Вингейту то, что в начале 1943 года японцы уже утратили господство в воздухе. А он, в свою очередь, хорошо использовал опыт «ночных рот», которыми командовал еще на Земле Израильской. Вингейт обучил своих людей действовать бесшумно по ночам и не стрелять наугад в темноте. Ночная темнота и таящийся в ней враг больше действуют на нервы противника, чем неэффективная стрельба, даже если это японские нервы.

Но бывали и неудачи. Две «колонны» (порознь) попали в засады — японцы были активны и не отсиживались в укреплениях на железнодорожных станциях. Самой большой потерей в обоих случаях оказались рации. Без раций была утрачена связь с другими «колоннами» и с кормившей их авиацией, что заставило подразделения, утратившие связь, вернуться в Индию.

Успехов, однако, было больше. Железную дорогу основательно повредили более чем в 70 местах. План Вингейта был выполнен с блеском, но эффект этого достижения был снижен тем, что китайцы так и не пошли в наступление.

Надо было решать, что делать дальше, тем более что в район железной дороги японцы двинули крупные силы. Вингейт решил выступать на восток, форсировать Иравади и попытаться достичь района обитания кочинов — проанглийски настроенных бирманских горцев. Он принял такое решение еще и потому, что хотел, чтобы его люди приобрели опыт переправ. И они перешли Иравади — широчайшую реку. «Колонны» форсировали ее в разное время и в разных местах, иногда под обстрелом, нанимая или захватывая бирманские лодки, которых было много на Иравади. Японские отряды преследовали их по пятам, но люди Вингейта, умело уклоняясь от боев в невыгодной ситуации, сами наносили удары, устраивали японцам засады, наводили по радио английскую авиацию на места расположения японцев.

Потери Вингейта пока еще не были велики, но к концу марта стало сказываться переутомление: прорубать дороги в джунглях нелегко. А тут еще пришла весть, что военно-воздушные силы — против продвижения «колонн» Вингейта на восток. Превосходство англичан в воздухе в начале 1943 года было сочтено недостаточным для регулярного снабжения подразделений Вингейта на другом конце Бирмы. Известие было не из приятных. Оно означало, что надо возвращаться, то есть снова переходить Иравади, но в обратном направлении. А теперь японцы уже стянули в район реки много сил. Но выбора не было. В конце марта, через восемь дней после того, как он перешел с западного берега на восточный, Вингейт вновь попытался форсировать Иравади. Он даже объединил для этого силы двух «колонн». Но пробиться не удалось. Тогда был отдан приказ уничтожить тяжелое снаряжение, разбиться на маленькие группы и просачиваться назад, в Индию. Это было тяжелое дело. Теперь британцы уже опасались нападать на японцев. Только группа, которой командовал Калверт, ухитрилась и на обратном пути взорвать еще раз железную дорогу.