— Да, это моя яхта. Кир подарил в прошлом году на день рождения.

— По документам она принадлежит ему, — уточняет отец. Я киваю, знаю об этом. Папа смотрит на меня внимательно, но никак не комментирует.

— Все эти два года мы надеялись на твоё возвращение, Мари. Хотя временами было тяжело и, признаюсь честно, порой мелькала мысль о том, что тебя уже нет в живых… — грустно говорит мама.

Хочется свернуть с этой дорожки, которая не приведёт ни к чему хорошему, только к новым слезам. Поэтому стараюсь отвлечь всех вопросом:

— Рассказывайте, что у вас нового за такое время.

Майк понимает мои намерения и помогает перевести разговор.

— Я поступил на инженерный в Давиле, теперь учусь там, — говорит брат.

— Он ещё и с девушкой там живёт, — насмешливо вставляет Лиз.

— Ого, мелкий, как ты быстро вырос! Познакомишь? Она красивая?

— Очень, — почему-то смущается парень. — Познакомлю, конечно.

Мы дружно смеёмся над нашим скромником. Затем мужчины настаивают, что пришло время перекусить, и вызывают батлера. Мама же, уточнив, чтобы на нас ничего не заказывали, ведь ночь на дворе, увлекает меня в одну из спален. Усаживает на кровать, прижимает к себе крепко-крепко. И требовательно говорит:

— Не вздумай мне врать, Мари. Что он с тобой сделал? Ты не похожа на человека два года прохлаждавшегося на яхте, — мама как обычно видит меня насквозь.

— Ну, технически я действительно два года прохлаждалась на яхте, — говорю с усмешкой.

— Мари, — тянет укоризненно мама. — Что с тобой, детка? Ты такая подавленная. Тебя там не били? Унижали?

С мамой можно говорить открыто, я знаю, что могу рассказать ей всё-всё, и она будет на моей стороне. Но сейчас мне почему-то хочется, чтобы она была на стороне Кира. Иррационально. Я понимаю, что как мать, она тут же возненавидит его, стоит мне рассказать обо всём. А я хочу, чтобы она поняла, за что я его люблю. Мы ложимся на кровать в обнимку, и я начинаю свой нелёгкий рассказ. Про то, как он соблазнял меня и как подделал статьи об Алексе, про то, что в начале наших отношений всё было хорошо, и про то, что он женился, про его жену и мою ревность. Умалчиваю только о том, как часто посещали меня в Палере мысли о самоубийстве. Это, пожалуй, единственное, чего ей знать не следует. Заканчиваю на недавней операции и выдыхаю, наконец. Мама нежно обнимает меня, целует в висок.

— Бедная моя девочка, — повернувшись к ней лицом, вижу, что она плачет. — Всё наладится, детка.

Нас не беспокоят, мне так хочется, как в детстве заснуть в маминых руках. Но она не даёт мне этого сделать.

— Есть вещь, которую ты обязана выполнить прямо сейчас, Мари. Не имеешь права откладывать, — и я понимаю, о чём она.

Мама ненадолго выходит в гостиную, возвращается со своим телефоном и протягивает мне его.

— Я побуду с Колином. Позови меня, если буду нужна, — целует меня и выходит из комнаты.

Я нахожу в списке маминых контактов Алекса. Сразу после того, как он сделал предложение, мама переименовала его в «Будущий зять», под этим именем он и записан до сих пор. Выкинув из головы все сомнения, решительно нажимаю на кнопку вызова.

АЛЕКС

Без маленьких белых таблеток уснуть не так-то просто. Я слоняюсь по квартире, не зная, чем себя занять. Завтра рано утром надо быть в студии, неплохо бы выспаться, но это что-то из области фантастики. Раздумываю, не пойти ли встретиться с парнями где-нибудь, но из дома выходить лень. Наигрываю на синтезаторе новую мелодию, хочу улучшить её, как-то фальшиво звучит. Правда, ничего толкового не выходит. В это время звонит телефон. Кто ещё там среди ночи? С удивлением вижу на экране имя Хелен, матери Мари. Обычно она мне звонит… никогда. Неужели что-то узнали? Сердце сжимается в предчувствии. Хватаю трубку и говорю: «Добрый вечер». После секундной заминки в трубке раздаётся голос, который я мечтал услышать наяву целых два долбанных года.

— Привет, Алекс, — говорит моя малышка так буднично, словно мы расстались вчера. Дыхание перехватывает, и я не сразу могу ответить ей.

— Где ты? — единственное, что важно сейчас.

— В Аране, в «Плазе».

Она здесь, в городе. Так какого же чёрта она в гостинице, а не дома?

— Я буду через полчаса. Ты же не исчезнешь за это время? — спрашиваю с опаской.

— Нет. Я буду здесь, — говорит девушка моей мечты, и я готов лететь за ней на край света, не то, что в соседний квартал.

??????????????????????????

3

МАРИ

Сделав звонок, я снова начинаю нервничать. Знаю, что Алекс будет здесь с минуты на минуту. Я собираюсь с ним расстаться сейчас и при этом всё равно переживаю о том, как я выгляжу. Глупо. Предупреждаю батлера о незапланированном визите и бегу, чтобы принять быстрый душ. Неловко стучусь в спальню к маме с Колином, прошу у неё что-нибудь из одежды взамен несвежим спортивным штанам и футболке. Хорошо, что у нас с ней один размер. Мама выдаёт мне из своих запасов узкие бежевые брючки и длинную белую майку, благодарю её поцелуем и мчусь сушить волосы.

Алекс приезжает ещё до того, как я успеваю высушить свою шевелюру. Папа приводит его ко мне в спальню и деликатно удаляется. Мы стоим друг напротив друга в неловком молчании. Оно длится всего несколько секунд, а как будто целую вечность. Отмерев, он хватает меня в объятия, целует жадно. Боже, как же я отвыкла от его губ! Поцелуи Алекса совершенно не похожи на те, что дарил мне Кир. Они сводят с ума своей нежностью, губы его не так напористы в отличие от губ Кира. И это главная причина, по которой мы теперь не сможем быть вместе — я вечно буду сравнивать таких разных мужчин и никогда не смогу выбрать одного.