Сколько мы так ещё веселились, одни боги ведают. Но все притихли, когда в дверь постучали и слуга с подносом принёс тот самый взвар. Видя наше не угасшее веселье, молодой вампир и сам начал улыбаться, особенно, когда встретился взглядом со мной. Точно все в курсе!

— Молодая госпо… — начал было он, но его грубо перебили.

Ворвавшиеся в комнату близнецы, сбили парня, но успели поймать и поднос, и его самого. Лур со счастливой улыбкой подплыл к постели и отпихнув от меня лекаря, недовольного таким действом, присел рядом, протягивая в одной руке напиток сиреневого цвета, а вторую положив на живот. Что-то подсказывает, если к моему животу так будет тянуться каждый встречный, то очень быстро я надену на себя кольчугу с шипами!

— Мы станем дядями! — не держи он сейчас стакан, пустился бы в пляс, настолько был счастлив.

Но я начинала уже привыкать к таким ярким эмоциям и могла спокойно пить сладковатый, с лёгкими нотами лаванды, напиток, пока близнецы ворковали над животом. И это он ещё плоский. Что будет твориться с мужчинами вокруг меня, когда животик начнёт округляться, а ребёнок будет толкаться и переворачиваться — даже представлять не берусь! Но я, наверное, начну прятаться, чтобы не затискали ненароком.

Поставив стакан на прикроватную тумбу, покрытую чёрным лаком, посмотрела на мужчин. Стоит, пока меня вновь не накрыла паника, уточнить, что теперь будет с нашей семьёй. Да, за такой малый срок, начала считать этих разных мужчин близкими для меня и неотъемлемой частью жизни. Ещё неделю назад я и не подозревала, что можно испытывать такие согревающие душу чувства к почти незнакомому мужчине. Что уж говорить про нескольких? Тем более для той, кто воспитывалась в правилах, что брак должен быть один и на всю жизнь. В принципе, у меня и так будет один брак на всю жизнь. То, что этот брак с несколькими нелюдями — вопрос второстепенен. Но вот как рассказать о такой необычной любви моим родным — не представляла и даже в каком-то смысле боялась. Вдруг, родители не пожелают знать такую дочь и откажутся от меня? ТАК! Стоп! Опять я не туда уплыла. Стоит решать проблемы по мере их поступления. А пока в приоритете у меня вопрос — казнят или помилуют моих мужчин, за их необдуманный поступок?

— Мальчики, объясните мне, как жители этого мира, что будет с вами за то, что вы вышвырнули посланника королевы в портал? Мне уже стоит придумывать проклятия позабористей, чтобы прикрывать наши задницы, пока вы будете выстраивать портал в другой мир или стоит просто попросить прощение у Её Величества и того Окара? — немного нервно наглаживая каракала, не смогла скрыть тревогу за напускной беззаботностью. Да и от кого? От мужчин, что читают меня, как книгу? От демона-менталиста? От Тёмного Бога? Я аж чуть не заплакала, сама не знаю от чего, но присмирила разбушевавшиеся чувства и только грустно вздохнула.

— Тебе из-за этого плохо стало? — уточнил Селим, внимательно всматриваясь в моё лицо. Осторожно взяв меня за руку, протянул к своим губам, целуя костяшки.

— Нет, блин! Мои истинные нанесли оскорбление короне, которая может отомстить, а мне просто стало интересно, какой на вкус успокаивающий взвар, вот и решила попробовать! — вспылила я, выдёргивая не только свою руку из нежного плена вампира, но и немного шерсти у оборотня. — Прости, милый. — машинально, попросив прощение, краем глаза заметила, как эльф подталкивает на выход любопытного вампирчика.

Пока наблюдала за тактичностью эльфа, понявшего, что женщина — это, конечно, хорошо, но находиться от злой женщины подальше — ещё лучше, среди оставшихся мужчин произошла передислокация. Близнецы, не пожелавшие покидать намечающиеся представление, отошли к стеночке, а истинные устроились полукругом возле лежащей меня. И будь они в рясах священников, подумала бы, что собрались изгонять из меня бесов. Настолько их лица были решительны, а взгляды чисты, как у молодых серафимов. А может они сейчас и считают меня таковой? Осмотрела их подозрительным взглядом и не заметив никаких атрибутов для изгнания — успокоилась и начала ждать, что же они сейчас такого скажут, что я сразу успокоюсь и не захочу устранить проблему, нависшую над моей семьёй, кардинальным способом.

— Милая, — а я и не знала, что и мужчины могу говорить так, что начитают болеть зубы, словно переел сладкого. Но Нэбиросу удалось меня удивить. — мы понимаем, что повели себя неразумно, провожая гостя таким способом. Но у нас была для этого веская причина.

— Это какая же? — уточнила подозрительно, тем не менее благосклонно принимая массаж ступней, который делал Тёмный, раскатывая, своими действиями, остатки моих плохих эмоций в пыль. Даже жмуриться блаженно начала. До чего они, оказывется, хорошо спелись и объединились в команду с одной большой и общей целью. А именно — не допустить "бабаха" и устранить истерику истинной в зародыше.

— Мы очень хотели увидеть тебя. — и вот вроде бы и правду сказал, и приятно это очень, и нежные поцелуи в плечики должны были расплавить меня окончательно. Ан нет! Распахнув глаза, зашипела рассерженной кошкой на истинных, заставляя притихших близнецов подавиться смешком.

— А вы чего тут забыли? — перевела всё своё внимание на них.

— Так мы смотрим, как нужно успокаивать истинную, когда она не в настроении. Вдруг и у нас она когда-нибудь будет! — как на духу ответил Лур и только ресничками не похлопал, как трепетная леди из исторического романа.