— Эй! Голубки! — напротив моего носа оказалась белая мордочка хранителя Милы и занозы в заднице в одном лице.

— Да чтоб тебе розовым ходить неделю! — испугавшись, жена поступила в своей любимой манере. Прокляла. Да так действенно, что шерстка Зубастика в туже секунду окрасилась в ядерно-розовый.

— АААААААА!!! — какие, оказывается, в таком маленьком тельце, мощные лёгкие! Да он и стаю гарпий переорёт. — Чё ты наделала с моей прекрасной шерстью! Я же теперь зефирка, а не грозный защитник! — заливался кролик слезами.

— Успокойся, ты и раньше не был ни грозным, ни тем более защитником. — попытался утешить зверька, беря Милу на руки и помогая ей вылезти из воды. Нет, ну что за создание бездны? Даже с женой побыть не дал! — Лучше расскажи, чего припёрся?

— У-у-уж-жи-и-ии-ин! — разрыдался он окончательно, прижимая и наглаживая ушки.

— Ну, Басти. Прости, меня. — Мила присев на корточки, подхватила на руки совсем раскисшего хранителя и начала успокаивать, как младенца. — Ты нас напугал, и я не сдержала эмоций. Но это ведь всего на неделю и всё вернётся обратно. Честно! — не переставая качать немного притихшего кролика, жена, улыбнувшись мне, отправилась на выход из магической купели.

Подобрав разбросанные вещи, тоже пошёл в спальню. Зубастик, или как его назвала Мила, Басти, уже спокойный, если не сказать счастливый, вертелся возле зеркала.

— Мила, что ты такого сказала, что он успокоился, не устроив часовой истерики? — подойдя к паре сзади, притянул её ближе, целуя в оголённое плечо.

— Сказала, что в моём мире, только самые сильные и опасные хищники имеют яркий окрас, заявляя каждому, что им нечего опасаться и они вольны гулять так, не опасаясь за свою жизнь.

— А это правда?

— От части. — хмыкнула она и быстро сменила тему, чтобы не навлечь вторую волну истерики. — Ты не знаешь, где моё платье? Я перед тренировкой переодевшись, оставила его в гардеробной, но его там нет.

— Скорее всего слуги забрали его почистить, оно ведь пока одно. И если его не принесли, значит ужин переноситься к тебе в гостиную. Побудешь сегодня в моей рубашке?

— Неси. — развернувшись и быстро поцеловав, Мила со смехом отскочила, махая мне на дверь.

Вещи были мокрые, поэтому пошёл так. И кто ж знал, что у меня не дом, а проходной двор?! Выйдя из комнаты супруги, столкнулся не только с будущими побратимами, но и братьями (причём обоями), советником и несколькими слугами, что несли подносы с едой. Секунды молчания сменялись минутами, а что сказать, до сих пор никто не знал.

— Брат… Ты это…прикройся хоть, что ли… — нашёл что сказать Лур, второй мой младший брат и близнец Нура.

— Отдайте подносы им, и принесите платье госпожи. — отдал приказ слугам, показывая на гостей. Нечего жене сидеть перед этими балбесами в одной рубашке. К её истинным никой ревности я не испытывал, а вот к остальным очень даже.

— Совсем забыл! — Лур стукнул себя по лбу. — Мне же Нур писал, чтобы я одежды купил. Сейчас! — сгоняв молнией в свои комнаты, он прибежал с несколькими пакетами и коробками. — Вот! Селим, открой дверь, пойду отнесу их молодой госпоже!

— Голову снесу. — очень ласково пропел этому паразиту и указал на Нэбироса. — Ему отдай. Или ему. — показал на Селима. — Они истинные Милы. А если войдёшь сам — получишь! — перед его носом предстал кулак.

— Ну истинные, так истинные. — и он угрюмо протянул пакеты. — А ты, всё-таки пойди, оденься.

Мила Чёрная

Удивилась ли я, когда в мою спальню вошли пакеты и коробки? Очень. Особенно, когда они начали тихо материться и заваливаться набок. Как оказалось, пакеты нёс Нэбирос. Пройдя в глубь комнаты, он сгрузил всё на кровать возле, замотанной в покрывало, меня. Сказать честно, было немного некомфортно, всё-таки он тоже мой истинный и, наверное, думает, почему Селим стал первым мужем? Жалела ли я о произошедшем? Ни капли. Хотя и не планировала, что дойдёт до чего-то большего поцелуев, чувствовала себя превосходно. Словно всё идёт, как и должно быть.

— Что это? — пытаясь подтянуть покрывало выше, от жадного демонического взора, не смогла скрыть любопытства.

— Лур накупил одежды, на первое время, по просьбе Нура. — заглядывая в содержимое покупок, Нэб вытащил несколько нарядов и охренер.

Да и я недалеко ушла. Наряды были и не были одновременно. Одеждой — назвать прозрачные лоскутки не получалось. Это именно что наряды. Причём такие, в который даже девы, не самых строгих правил, начнут краснеть. Да мои родичи в гробу перевернуться, надень я такое на люди, а потом ещё и в сон придут, намылить шею одной несносной девчонке, посмевшей так опорочить их род!

— Я это не надену. — даже отодвинулась подальше, чтобы упаси боги, не коснуться их. — Я в покрывале скромнее выгляжу.

— А я и не позволю. По крайней мере на люди. — прорычал демон, а я представила, что сейчас он пойдёт к тому смельчаку, что это купил и заставит в этом ходить. Уж больно он улыбался неоднозначно. — ЛУР!

За дверью что-то упало. Басти, до этого не обращающий на нас никакого внимания, любуясь собой в зеркале, зашипел и метнувшись к демону, вцепился зубами в его штанину. Нэбирос взвыл. Дверь спальни распахнулась, открывая зрителям вид на маленького, пушистого психа, ни в какую не желающего отпускать голень и меня, шокировано сидящей на кровати. И пока остальные стояли пялились, вперёд проскочил Нур, пытаясь отцепить Зубастика. Теперь хотя бы понятно, почему его так зовут!