— А куда? — Олег спросил уже в лифте.

— Тут недалеко, на Мичурина десять, должны успеть. Главное, в лифте не застрять.

Лифт остановился, кто-то вызвал ниже, по ходу движения. Я про себя матюкнулась, сейчас еще всех жильцов собирать будем. Двери открылись.

— Доброе утро. — в лифт зашел Саша.

— Доброе. — Олег пожал ему руку.

На меня напала икота. Не знала, что Саша тут живет. Или он у очередной пассии ночевал.

— Ты воздух набери в лёгкие и не дыши. — по-деловому, посоветовал Саша.

Сделала, как он сказал, а икота не прошла. Вышли гурьбой на улицу. Не успела сообразить, куда идти, а у уха уже отборные маты. То Олег матерится и к машине кинулся колеса пинать.

Саша присвистнул.

— Я накачаю. Сейчас, тут минут десять, потом вмиг тебя до работы домчу. — Олег уже открыл багажник полез за насосом, как его остановил Саша.

— Чего ты накачивать собрался? Ты сюда посмотри. — он, присев на корточки, указал Олегу на дырку в одном колесе, а пробиты были все четыре.

— Да что за хрень! — Олег взбесился.

Колотил машину, скрипел зубами и рычал.

— Пошли сестрица, отвезу тебя на работу. Ты же тут недалеко да? На Мичурина? — Саша приобнял меня и повел к своей машине, даже Олегу слова сказать не дал.

Правда, он был в таком состоянии, к нему лучше не соваться минут двадцать, а у меня этих двадцати минут никак не было.

— Зачем ты это делаешь?! — спросила Сашу, не сдерживая эмоций, как только мы выехали из двора.

— Не понимаю, о чем ты? — на его же лице и мускул не дрогнул.

Ноль эмоций, даже призрения нет.

Глава 7

Александр.

Ушел от Кристины пешком. Снова замерз. Долго ловил машину. Остановился только дедушка, на Ниве. Лет семьдесят ему было на вид, а оказалось, что почти девяносто. Согласился меня подвезти, хотя ему не по пути было.

— От девушки? — спросил он с улыбкой.

— Да. — ответил ему, не мог не ответить, хороший дед, машина смешная.

Хоть и не хотел разговаривать, только отогреться и доехать домой. Он понимающе покачал головой.

— А я вот, бессонницей мучаюсь. Дома одному скучно, вот, катаюсь. Если повезет, подвезу кого, поговорю. У меня пес был, Булька. Старый, умер полгода назад, а я тоже старый. В этом году девяносто будет. Завел бы пса, да сам помру, кому он нужен будет? На улице окажется. А этой железке все равно. — дед стукнул ладонью по приборке.

— Как вас зовут? — две минуты общался с этим стариком, а уже испытывал острое желание знать его имя.

— Владимир Григорьевич, а тебя? — он обрадовался моему интересу, ему и поговорить-то не с кем.

— Сашка я. — представился по-детски, рядом с ним я ребенок и есть.

— Сашка… — он улыбнулся, с грустью повторил мое имя, думая о чем-то своем, далеком, а потом рассказал, о чем вспомнил.

— Друг детства. Так и звали, как тебя. Вы, кстати, чем-то похожи с ним. Ему мяч подарили, мы его гонять пошли во двор. Новый мяч, настоящий. Это сейчас игрушек валом, какие хочешь. А вот тогда, нам мальчишкам ценность была. Тогда-то и узнали, что война. Все было, страх, голод, завод, эвакуация, а главное, смерть. А вот война, она все с тем мячом и с Сашкой в памяти засела. Погиб он. В первый год еще. Я сам-то не москвич, с Ленинграда. — поведал мне старик, не отвлекаясь от дороги.

— И что же вы, один совсем? — жаль его стало, не потому, что война и друг погиб, потому что мотается по ночным дорогам, а поговорить не с кем.

— С женой прожили полвека, схоронил. Дети выросли, я прадед уже. Уехали мои за границу. Меня звали, а у меня жена тут. Память, все тут. Здесь влюбился, женился, детей тут вырастил, даже внуков тут понянчить успел. А правнуков, их два у меня, их видел только по фотографиям. Дочка присылала. — он радостно улыбнулся, вспоминая о правнуках.

— А друзья? Неужели друзей нет? — хороший же дед, все никак в голове не укладывалось, что один он.

А он усмехнулся и спросил;

— Вот ты молодой, скажи, много у тебя друзей, которым можно ночью хотя бы позвонить и поговорить?

Я задумался, кому я могу ночью позвонить? Да никому.

— Вот! То-то и оно. Друзья есть, только с одной разницей, спят они по ночам. А я нет. — с грустью заметил он.

— И не боитесь вот так вот ездить ночью, подбирать всех подряд?

— А я не подряд, я вот таких вот влюбленных подбираю. — серьезно заявил он.

— С чего вы взяли что я влюбленный? На лбу написано? — я посмеялся.