— Вас что, ещё и поторапливать нужно? — окликнула пришелиц Тен-Тен, уже стоя около лифта.

Пальцы в это время набирали сообщение Луке с просьбой проверить потом кухню, да и весь этаж. Тен-Тен теперь не могла рисковать собственным здоровьем; не после того, как она по удаче вывела всё лишнее из организма.

Так и не успев отправить длинное сообщение, Тен-Тен получила положительный ответ. Стерев всё набранное, она скинула Луке просто несколько эмодзи змеек с высунутыми языками.

До дома Габриэля предполагалось ехать с фанфарами: на огромном золотом лимузине с белой отделкой внутри. Тен-Тен не поленилась прокомментировать «подобную нелепость» трижды: как только увидела машину, пока залезала в неё и уже устроившись на светлых сидениях. Стоило видеть, как перекашивалось от таких замечаний лицо Одри. А ведь она-то считала, что золотой лимузин — это просто вершина вкуса.

Забавно, что первый комментарий, который Одри получила от Габриэля, был о полнейшей безвкусице в выборе внешнего вида транспорта.

— Я уволю того, кто подбирал мне машину, — величественно кивнула на это замечание Одри.

Впервые Тен-Тен ощутила некоторое духовное единение с отцом Адриана. Несмотря на сдержанное выражение лица, по Габриэлю было прекрасно видно, что он точно знал, кто подбирал Одри этот лимузин.

А вот Зои удивила: всю поездку просидела тихо, как мышка, и обильно покраснела после неприветливой фразы от Габриэля. Значит, мать свою она не могла любить не только из-за длительных отлучек и отсутствия систематического воспитания, но и из-за банального стыда. Знала бы Одри, что на самом деле чувствовала к ней младшая дочь!

И знала бы эта женщина, что по вине её любовника и ублюдка умер единственный человек в мире, реально её любивший.

Пока Одри занимала Габриэля и Натали бесконечными восклицаниями, Тен-Тен прошмыгнула внутрь особняка. Она рассчитывала увидеть Адриана и расспросить парня про прошедшую битву с акумой; одним из самых сложных противников в жизни Тен-Тен была иллюзия, полностью копирующая её собственный стиль боя и манеру поведения. Помимо сложностей чисто технических, всплывал ещё и моральный момент. Мало кто может спокойно убить самого себя.

Адриан же вчера оказался примерно в такой же ситуации. Конечно, Тен-Тен знала, что разрешилось всё благополучно, но если она могла бы оказать парню психологическую поддержку, то почему бы этого не сделать?

К сожалению, Адриана не оказалось у него в комнате. В принципе, это было не удивительно, если вспомнить, насколько у него загружен график. А ведь Габриэль мог ещё и добавить в него те занятия, что Агрест-младший пропустил по вине Такахаши. Ей оставалось только надеяться, что всё не настолько плохо.

Тен-Тен вытащила телефон и сделала селфи на фоне кровати Адриана. Естественно, фотография сразу же отправилась адресату. Даже если он увидит сообщение через пару часов, маленькая шалость всё равно свершится.

Но шутки в сторону: если Габриэль занят Одри, то стоит ли Тен-Тен пробираться в его тайное логово? В принципе, особого смысла в этом не было. Но ей хотелось бы знать судьбу тела Эмили. Это было какое-то внутреннее желание, похожее на то, какое возникает в голове у ребёнка при виде отвратительной личинки. Хотелось знать всё, в мельчайших подробностях: отразился ли бой Бражника и Тен-Тен на теле Эмили, что Габриэль делал с ним после этого боя, перенёс ли он гробницу своей жены, если он не помнит о прошедшем сражении.

Желание было сильным, словно навязанным, а оттого ещё более нерациональным. Но ему можно было сопротивляться.

— Ты чувствуешь?

Тен-Тен почти не удивилась, увидев Нурру возле себя. Это было логично: будь она на месте мотылька, тоже попыталась бы связаться с человеком, способным помочь в непростой ситуации, при первой же возможности.

— Тягу? Да.

— Мастер сделал магическую ловушку. Он понял, что произошло нечто, чего он не помнит. Ведь остались записи с акуманизацией. Поэтому он притягивает Вас к себе, считая, что в Вас осталась бабочка.

— А она осталась?

Нурру облетел её кругом, прежде чем вынести вердикт:

— Определённо нет, Вам не о чем беспокоиться. Однако Вас будет тянуть к ловушке, поскольку вы всё же связаны с Мастером Парадоксом.

Желание выйти в окно и рысцой добежать до сада было навязчивым, но вполне преодолимым. Напоминало попытки не чесать только начавшую заживать ранку. При должной дисциплине ума вполне можно игнорировать.

— Почему ты не дал мне убить его?

— Дело в Парадоксе, — сразу ответил Нурру, словно давно ждал этого вопроса. — В нём задействованы три человека: Вы, Мастер и Эмили. Вы должны разрешить эту проблему втроём, чтобы соблюсти баланс. Понимаете?

— Не особенно.

Как они могли «втроём» решать этот Парадокс, если Эмили мертва, Габриэль сошёл с ума, а Тен-Тен ещё не прожила ни одного относительно спокойного дня в этом мире? Задачка не для первоклассников Академии, знаете ли.

— А что насчёт нынешних владельцев сильнейших Талисманов?

— Их привлечение крайне нежелательно. Понимаете…

Тен-Тен услышала скрип и повернулась. В дверном проёме стояла Натали: женщина, которую Тен-Тен лишь мельком видела ранее, но про которую знала очень много из собранных по переписке с Адрианом данных.