Лука повёл Тен-Тен длинным маршрутом до молодёжного парка. От предложенного Жаном лимузина Куффен отказался, сославшись на то, что Хлое стоит пройтись и прийти в себя после вчерашнего инцидента.

Жан, что удивительно, принял его доводы и даже довольно кивнул. Тен-Тен сначала не поверила глазам: как это её нянь так безоговорочно доверился парню с улицы, лишь пару дней назад начавшему работать в охране Буржуа?

— Всё просто, — рассмеялся Лука на этот вопрос, — я начал работать здесь много-много лет назад.

Тен-Тен нахмурилась. Она точно помнила, как Лука пришёл и сказал, что он только устроился в охрану. Было это не больше недели назад.

Лука на это пожал плечами.

— Ты забываешь, что я перемещаюсь по времени, змейка. Для тебя я действительно устроился пару дней назад, но для Жана работаю уже больше пяти лет, начиная с простого грузчика. Потом я помог Хлое, — тогда ещё Хлое, — отбиться от каких-то отморозков. Затем отдал Андрэ потерянный кошелёк и папку с документами… я копил эти очки доверия, и в нужный мне момент, когда тебе понадобилась охрана, кандидатуры лучше просто не нашлось.

Тен-Тен прищурилась, пытаясь уложить в голове эту схему. Значит, Лука стал с ней хорошо общаться. Потом устроился к ней в охрану… нет, потом он понял, что ему нужно устроиться к ней в охрану, и шагнул назад, к Хлое, чтобы зарекомендовать себя хорошим парнем. Дождался, пока в мире появится Тен-Тен… но разве его тогда не будет два в одной линии?

— Не будет, — хмыкнул Лука. — При перемещении назад я, можно сказать, стираю будущее.

— Значит, те пять лет, что ты работал, а я была в своём мире, ты работал на Буржуа с мыслью, что потом будешь моим охранником?

— Значит, так.

— Ты такой милый.

Он улыбнулся и взял Тен-Тен за руку.

Париж был объят брусчаткой, асфальтом и культивируемым газоном. Малое количество деревьев компенсировалось их аккуратностью: муниципальные службы следили за кронами, состоянием коры и общим внешним видом. Домики вокруг были низкими и серыми, но почему-то казались сказочными.

Тен-Тен думала, больше не рассматривая пейзаж. Лука, меняющий время по своему усмотрению, не давал ей покоя.

— Ты, значит, можешь вернуться в любую точку своего прошлого, и изменить будущее, как тебе захочется?

Он кивнул, но как-то рассеянно.

— Не совсем так. Я возвращаюсь максимум до момента, когда получаю Талисман Сасса. Мне тогда было пятнадцать. Раньше, сама понимаешь, не выходит, иначе возникает временная неопределённость: силы есть, Камня Чудес нет.

— Существуют хоть какие-то ограничения для твоей силы. Это неожиданно успокаивает.

Лука рассмеялся, поднёс её руку к губам и осторожно поцеловал кончики пальцев.

— Ограничений много, Тен-Тен, — у неё спина покрылась мурашками от того, как он произнёс её настоящее имя, — и они постоянно добавляются, когда события идут как нужно.

— В смысле?

— Раньше я пролистывал так много вероятностей развития будущего, но ни одного раза я не сталкивался с тобой. Может, ты не попадала в этот мир, потому что квами тебя не призывали. Или же тебя убивал Ван Фу, ведь он был к этому очень близок. Не знаю. Но теперь, когда я наконец с тобой встретился, время приняло твоё появление как нечто постоянное. Сколько бы я ни отматывал назад, ты появляешься, вне зависимости от внешних событий. Мир сам наводит реальность, чтобы квами призвали именно тебя.

— Сложновато.

— Время никогда не было простым.

Ехать до парка оказалось намного дольше, чем идти по дворам. Лука знал город лучше собственной ладони, так что он без проблем привёл Тен-Тен лишь немногим позже начала церемонии. По крайней мере, статуя Ледибаг и Кота Нуара была ещё накрыта плотной тканью.

— Вон Одри, — кивком указал Лука.

Тен-Тен и сама бы догадалась, что эта ослепляющая блондинка — Одри Буржуа. Она была из тех людей, которых невозможно проигнорировать или не заметить: слишком яркая, как конфетти на снегу. Куноичи отметила, что мадам Буржуа совершенно не шло фотографироваться: вживую она выглядела намного натуральнее.

Её не портили ни увеличенные хирургией губы, ни явно искусственная грудь. При взгляде на Одри Буржуа Тен-Тен ощутила ностальгию: примерно так же себя показывали и вели придворные дамы во дворце правителя страны Огня. Не приближённые к его жене, а именно придворные — жёны чиновников, генералов, казначеев и торговцев. Излишняя роскошь и громкость.

— А вот и моя дочь! — изящная рука в чёрной перчатке указала в сторону Тен-Тен. — Прошу любить и жаловать: Клони Буржуа!

Тен-Тен едва удержала лицо. Клони? Серьёзно? Если бы Такахаши подверглась такой остракизме, как Одри, она бы выучила не только имя собственного ребёнка, но и всю его биографию с младых ногтей. Хотя нет. Тен-Тен просто не оказалась бы в такой ситуации, она для этого была слишком умна.