В Городке такие усадьбы как у Талобы, по словам Суфи, был редкостью. Здесь пространство ценилось выше, чем дом, сколь бы изощренным он ни был. Поэтому огромный участок — это показатель не богатства, а запредельного богатства.

Пока она об этом витиевато рассказывала, я вдруг вспомнил Карри, которая мечтала построить замок. Интересно — тоже на такой же огромной площади? Или она удовлетворилась бы зданием? Суфи, тем временем, продолжала рассказ.

Ходят слухи, что под домом Талобы есть подвалы. Если это так, то стоимости его имения возрастает еще больше — в стандартных расценках на недвижимость такой опции нет, поэтому для строительства подвалов нужно не только заплатить как за целый дом, но и найти хороших программистов и дизайнеров, которые сумеют все это создать.

Странно, но вложив десятки, если не сотни, миллионов баллов в дом и участок, сам Талоба появляется здесь редко, лишь в дни турниров. Сами соревнования организуют его работники, без участия хозяина. Его бойцовскую школу тоже курируют другие люди. Говорят, что двое из тренеров этой школы ушли к конкурентам. Скорее всего, это вранье, потому что платить столько, сколько Талоба, там никогда не смогут. «Перебежчики» либо просто профессионалы, уволенные Талобой, либо его агенты.

Во время рассказа Суфи я вытащил карточку, которую сегодня нашел в своем кармане. Откуда она взялась, я не мог вспомнить, разве что Карри подсунула, только непонятно зачем. «Бойцовский клуб “Дикие осы” (Семнадцатая западная, первый дом)», — значилось на ней.

— Это его клуб? — спросил я.

— Нет, — с удивлением разглядывая карточку, сказала Суфи. — Это их главные конкуренты, вторая по величине школа боев. Ее ученики участвуют почти во всех турнирах. Откуда она у тебя?

— Понятия не имею. Нашел сегодня у себя в кармане.

— А ты хорошо дерешься? Вступал в бой с кем-нибудь?

— Если меня вырубили, значит я слабак, — сухо ответил я.

— Но до этого ты дрался? Значит, либо страж, либо кто-то из участников драки мог тебе это подсунуть. С намеком.

— Пожалуй, я слишком тупой, чтобы воспринимать такие намеки, — огрызнулся я, сожалея, что сам не сообразил пойти и посмотреть на этот клуб. — А где эта Семнадцатая западная?

— Это не улица, пожалуй, если я не ошибаюсь, это где-то на набережной кругового канала. На западе Городка. Посмотри по карте.

Я начал возиться с железкой. Как искать карту я уже знал, поэтому довольно быстро нашел нужный адрес. Добираться туда от дома Суфи было примерно столько же, как до центра Городка.

— Да, точно, — подтвердила она. — Помню это здание. Довольно большое, двухэтажное с плоской крышей, на ней иногда тоже идут тренировочные бои. Раньше соседи возражали, а теперь кто мог оттуда уже съехал, слишком воняет от воды. Задний двор выходит на канал. Говорят, что туда сбрасывают проигравшихся. Не бойцов, а тех, кто делает на них ставки. Я даже включила подобный эпизод в одну из своих книг…

— Ты говорила о союзниках. Может быть… Бойцы этих шмелей… нет, диких ос, смогут помочь нам? Пойдут они на конфликт с Талобой?

— Почему бы и нет…

— Я боюсь, что если они имеют основной заработок от турниров, организуемых Талобой, то вряд ли захотят выступить против него.

— Ерунда. Они на ножах с его школой. И… я вот не уверена, что турниры прекратятся если Талоба исчезнет. Для Городка это огромная прибыль, здесь не смирятся с потерей тысяч игроков. Кстати, и организаторами являются пусть и доверенные лица Талобы, но не он собственной персоной.

— Схожу я туда на разведку. Поговорю, попробую понять их настроение… Как думаешь, сейчас еще не поздно?

— Самое время. Пока еще вечер, даже темнеть не начало. К тому же здесь много ночных жителей, и бойцы — из их числа.

— Тогда я пошел, — допив чай, я поднялся.

— Сразу? Ну ты даешь! Может, обсудим вначале…

— Не стоит. Мы ничего о них не знаем. Я не собираюсь агитировать их напасть на имение Талобы. Поговорю, постараюсь понять, чем они живут, как относятся к своему основному конкуренту… Кстати, во время этих вечеринок ты не замечала вокруг участка бойцов его школы?

— Нет, ни разу… Разве что кто-то из них был внутри… если Талоба их приглашал, но в лицо я их не знаю. На улице молодых людей спортивного вида точно не было.

— Хорошо. Я пошел, думаю, скоро вернусь. А ты оставайся здесь, вдруг заметишь что-то интересное. Сама не лезь, чуть что — вызывай стража. Даже если там появится новый труп, страж сможет переправить его в здание Суда даже через защитное поле.

— Вот как? Не знала… Ладно, иди. Будь осторожен. Я буду тебя ждать.

100001= 33 = 29

Я шел быстро. Не хотелось отвлекаться ни на красивых девушек в уличных кафе, ни на стоны из беседок, ни на крики из забегаловок. Я спиной чувствовал удивленные, разочарованные, озлобленные взгляды, но никто не пытался меня остановить.