— Разумеется. Я вверяю вам свою племянницу и свой бизнес, но учтите: они неразделимы.

В случае развода вы теряете все — таково условие контракта.

— Идет! — выдохнул Гаррет, внезапно ощутив невероятную усталость.

— Когда-нибудь она сведет меня в могилу, ворчала Си Джей, осторожно спускаясь по лестнице, чтобы не оступиться и не рассыпать две пригоршни шпилек. — Что за блажь? Зачем ей теперь шпильки? Уинтроп! Ну слава богу, хоть одна живая душа! А я уж было подумала, что Берти опять рассчитала всю прислугу без моего ведома.

Дворецкий подставил ладони, и Си Джей высыпала в них шпильки.

— Ваша тетушка велела мне вас поторопить.

Вроде бы шпильки ей уже не нужны.

— Когда-нибудь я задушу ее собственными руками, и суд меня оправдает! Си Джей было направилась в гостиную, но на полпути оглянулась на старого дворецкого. — Уинтроп, что-то доктор зачастил к нам в последнее время. Надеюсь, у Берти нет проблем со здоровьем?

Тот слегка пожал плечами.

— Насколько мне известно — нет. Доктор Уиллерсон каждую неделю у нас ужинает. Как будто здесь ресторан!

— По-твоему, за его экстренными визитами ничего не стоит, кроме личного интереса?

— Экстренными?..

— Я же говорю, на этой неделе он навещал ее дважды — в понедельник и в среду.

Замешательство лишь на миг отразилось на лице Уинтропа. Если бы я не знала его, сколько себя помню, то ничего бы и не заметила, подумала Си Джей.

— Боюсь, вы ошибаетесь, мисс. В усадьбе ничего не происходит без моего ведома… Прошу вас, поторопитесь. Вам лучше меня известно, как она не любит ждать.

Си Джей поморщилась.

— Иду, иду! Спасибо, Уинтроп.

Она двинулась к гостиной, обуреваемая безотчетным страхом. Уинтроп что-то от нее скрывает. За двадцать три года такого еще не случалось.

— Боже! — в смятении прошептала она и обхватила руками открытые плечи, пытаясь унять набежавшую дрожь. — Что с тобой, Берти? Почему ты не хочешь со мной поделиться?

Гаррет не спускал глаз с двери и чувствовал себя гангстером, который зашел в салун пропустить стаканчик виски.

На случай внезапного нападения он занял такую позицию, чтобы постоянно быть лицом к двери и в то же время не поворачиваться спиной к хозяйке.

Но несмотря на все меры предосторожности, появление Си Джей застигло его врасплох.

Девушка словно материализовалась из воздуха — только что дверной проем был пуст, и вот она уже здесь. В первый момент все ее внимание сосредоточилось на Берти, подкатившей свое кресло к столику со спиртными напитками.

А Гаррет, оставаясь незамеченным в тени у камина, с любопытством наблюдал за ее реакцией.

Поначалу он даже не поверил, что задиристый мальчишка с прилипшими к потному лбу спутанными волосами, едва не пригвоздивший его к пальме стрелой из арбалета, и молодая женщина, с улыбкой направляющаяся к хозяйке дома, одно и то же лицо.

Она показалась ему выше ростом, отчасти благодаря высоким каблукам вечерних босоножек бронзового цвета, и ноги, которые обуты в эти туфельки, такие длинные и стройные, что закачаешься! Платье представляет собой кусок черной ткани, доходящий до середины бедер и весьма заманчиво обтягивающий бесподобную фигуру.

В ушах покачиваются большие висячие серьги — медь и бронза, — чуть ниже талии, подчеркивая каждое движение, переливается пояс из множества черных и бронзовых бусин.

Вот она засмеялась в ответ на какую-то реплику Берти, и смех ее неожиданно отозвался радостью в душе Гаррета. Пожалуй, на нее приятно смотреть, когда она смеется.

Но он вдруг вспомнил, что этот смех ему придется слышать не день и не месяц, а всю жизнь, и у него на миг защемило сердце. Чему приписать странное ощущение — нетерпению, страху или чувству вины, — Гаррет не успел разобрать, потому что невероятно синие глаза, обведя комнату, обратились к нему.

На миг в ее взгляде промелькнуло недоумение, потом едва заметная морщинка перерезала гладкий лоб, зрачки расширились и краска медленно сползла со щек. Гаррет с другого конца комнаты послал ей светскую улыбку и раскованной походкой двинулся навстречу.

— Какого черта он тут…

— Что-что? — Берти вскинула на племянницу глаза.

— То есть я… — Си Джей увидела стакан в руке у старухи, и незнакомец тут же вылетел у нее из головы. — Ради всего святого, Берти!

— Мне Уиллерсон прописал! — заявила та.

— Ничего подобного!

— Нет, прописал! Можешь сама у него спросить.

Си Джей решительно отобрала у нее стакан.

— Он как-то сказал, что изредка ты можешь позволить себе глоток виски. Слышишь — глоток, а не порцию матроса в таверне! — Си Джей приподняла бокал, почти доверху наполненный золотистой жидкостью.