— Сразу после окончания вашей смены я передам официальный запрос в Совет, — сказал Терн. — За подписью моей и Героя, как ответственного за безопасность.

Он сделал паузу.

— Я прекрасно понимаю, что вы чувствуете. Я знаю, что вам рассказали, в какую часть плана посвятили. Я уверен, Совет пойдет навстречу. Время уже пришло.

Я увидела, что А’ким начинает медленно приходить в себя. Ее глаза открылись, она пошевелилась, ощупывая голову, застонала.

Сфера тут же замигала, оповещая о внушении.

Мы с Чимом молча наблюдали за тем, как А’ким поднимается с пола. Она казалась встревоженной и одновременной растерянной, фиалковые глаза смотрели на нас почти с опаской.

— Что случилось со мной? Я… потеряла сознание? — Она закрыла глаза и вдруг открыла. — Нина, мы ведь говорили с тобой о внушении. Правда? Я не придумала?

Я только покачала головой. А’ким добрела до своего ложа, почти упала на него. Видимо, газ еще не до конца выветрился из ее легких. А потом я услышала, как она плачет, только на этот раз это была не одна из ее многочисленных истерик напоказ. Мне показалось, что эти слезы — настоящие.

— Я не хотела внушать тебе, — сказала А’ким сквозь слезы. — Правда, Нина, честное слово. Я… просто в определенный момент я должна была взять это под контроль. Я была уверена, что контролирую свою волю.

— Я напоминаю о том, что разговоры запрещены, — сказала сверху Ирина.

Я вздохнула. Пусть запрещает кому угодно, но не мне. С меня хватит.

— Я знаю, — сказала я. — А’ким, я знаю, что ты не хотела, я верю.

Демон подняла голову и посмотрела на меня. Слезы текли по ее щекам, глаза сверкали, как драгоценные камни.

— Но твое внушение опасно для нас, даже если ты и не хочешь ничего внушать, — сказала я. — Понимаешь?

Она кивнула, вытирая слезы рукой, поднялась, заходила по Сфере.

— Нина! — повторила Ирина. — Я напоминаю…

— Тебе нужно научиться контролю, — сказала я.

— Нина, ты нарушаешь…

— Иначе ты навсегда останешься здесь. — Я повернула голову и посмотрела в сторону динамиков. — Слушайте, ничего секретного ей не сказала. И я закончила. Спасибо.

Демон оттерла слезы и посмотрела на меня. Сфера вспыхнула от особенно сильной волны внушения, и на мгновение мне показалось, что в глазах А’ким я вижу что-то нечеловеческое. Странное. Страшное. Злое.

Я отшатнулась, вцепившись в подлокотник кресла, напоминая себе — и на этот раз напоминание это потребовало гораздо больших усилий, чем обычно — что в Сфере мы держим вовсе не беззащитное существо, не человека, не женщину, а демона, одного из тех, кто две тысячи лет назад попытался превратить Вселенную в свой личный демонический зверинец. Демон плакала, как человек. Но она не была человеком, и мне следовало помнить об этом.

— Не бойся меня, Нина, — сказала А’ким, и чуть заметная улыбка скользнула по ее губам. — Я обещаю, что постараюсь сдерживать свое внушение. Ведь если я научусь… вы выпустите меня отсюда?

— Да, — сказала я.

— Нина, я запрещаю тебе давать такие обещания! — взорвалась Ирина. — Ты дезавторизована. Покинь кресло, приди же в себя!..

Если честно, я даже не особо огорчилась. Махнув рукой динамикам, я сползла с кресла и под внимательным взглядом демона прошествовала к выходу. Это был первый раз, когда меня дезавторизовывали, но я знала, что Ирина уже делала так с Льзой, которая в буквальном смысле сцепилась с демоном в словесной перепалке пару дежурств назад. Вообще Ирина была права, и давать такие обещания я уполномочена не была. Но я не врала. Демон действительно покинет Сферу только когда научится владеть своими способностями — и даст Обещание.

Я вышла в коридор и вошла в раздевалку, где стояла кофемашина. Налив в чашечку горький кофе, я уселась на стул у окна с голографическим пейзажем — сейчас там был ночной город — и отпила глоток.

— Стил?

Я закрыла глаза. Что здесь нужно Терну?

— Да.

Он вошел, я услышала, как шумит, набираясь в чашечку, кофе из машины. Открыв глаза, я обнаружила его на стуле рядом. Он задержал взгляд на пейзаже, отпил кофе и повернулся ко мне.

— Играешь с огнем. Раньше не была такой.

— Изменилась. Годы прошли. — Наверное, я не должна была говорить это так язвительно, но присутствие Терна так близко заставляло меня нервничать.

— Да. Ты права. Годы прошли. И я эти годы провел с демоном бок о бок, так что снова повторю: играешь с огнем.

Причем тут демон? Я думала, он имеет в виду Ирину.

— Я рассказывал тебе, как погибли Лемиш и Таллия? — спросил вдруг Терн. — Кто-нибудь рассказывал?

Я покачала головой.

Он осушил чашку, поднялся, чтобы налить новую. Я внимательно наблюдала. Впервые с момента моего дурацкого монолога после нападения мы остались одни. Я чувствовала себя не в своей тарелке, но Терну, казалось, было все равно. Он налил еще кофе, снова уселся рядом.