– Смотри. – Алекс раскрыла страницу с описанием магического значения руны. – Окончание и поиски нового. Поиски света. Потери привычного хода событий.

– Свет и тень, – прочитал ниже Роберт. – Почему ты тогда в архиве попросила принести книгу о концах света? Ты что-то искала?

– Да, как раз вот такую комбинацию, – Алекс воспроизвела ряд значков на блокнотном листе. – Видишь, вуньо повторяется ровно девять раз. У скандинавов и кельтов первоначально был девятимесячный календарь, потом они приняли двадцати четырёх месячное исчисление. Здесь двенадцать комбинаций.

– Значит и на второй, недостающей половине, их тоже двенадцать?

Алекс согласно закивала.

– Я про эти двенадцать сразу заметил. Ты считаешь, на другой половине может быть зеркальная копия?

Сейчас в этой уютной библиотеке они общались на равных, как специалист со специалистом: знающим, разбирающимся в своём деле, не просто так заслужившим свою репутацию. Забыв на время о разногласиях и недопонимании, которые проложили между ними пропасть глубиной в три года, наполненную горечью и невысказанным сожалением. Они вновь чувствовали тот азарт от совместной работы, который был им уже известен.

– Копия, но не зеркальная, – Алекс задумавшись, склонила голову к плечу. – Я считаю, это более ранний вариант, рисунок на второй стороне должен воспроизводить камень, установленный позже предсказанных событий в первом.

Она перекинула страницу своего блокнота.

– У меня тут прямо стихотворение складывается: Луна восходит и иные живы, и свет в кромешной тьме зажжён. Двенадцать… – Алекс развела руками и пробубнила несуществующее продолжение в том же стихотворном слоге.

Роб запрокинул голову и засмеялся в полный голос, накрыв лоб ладонью.

Нахохотавшись вдоволь, он сфокусировал взгляд на недовольном лице Алекс. Там явно читалось: «Акимов, ты полный придурок?»

– Ну и что смешного я сказала?

Холодные нотки в её голосе немного остудили его веселье.

– Алекс, ты всегда всё пытаешься сделать более художественным, чем оно есть на самом деле. Даже рифму подобрала, – уголок его рта приподнялся в усмешке. – Можно было даже спеть.

– Ну так поди и спой. А у меня непроизвольно выходит.

Она недовольно тряхнула волосами.

– Может, покажешь, что у тебя получилось? – и протянула руку раскрытой ладонью кверху.

Роберт, порывшись в бумагах, вытащил листок, на котором писал свои догадки.

Алекс молча пробежала глазами по тексту.

– А почему луна у тебя красная? – фыркнула она. – Что за склонность к драматизации?

– Так эффектнее.

Роберт сложил руки на груди и выразительно приподнял брови, мол, а что такого?

– О, мой Бог, а причём здесь будущее время? Тоже для усиления эмоционального эффекта? Тебе бы сценарии к фильмам писать. Это точно твоё.

Роб выдернул листок из её пальцев.

– Однако текст у нас получился схожим.

– Я не умоляю твоих профессиональных навыков… Роберт. – Она специально выделила его имя, постаравшись вложить в свой голос как можно больше сарказма. – Что же нам делать дальше? У кого-нибудь есть предложения?

Саша посмотрела на молчавшего до этой минуты Демида, только сейчас вспомнив, что они не одни в комнате.

– Я лично собираюсь ехать домой, – заявил тот на полном серьёзе.

Роберт попытался отговорить друга, но тот лишь посмеялся, заверив, что в его крепости ему ничего не грозит.

Акимов, решив не спорить, пожал плечами, подошёл к окну и, аккуратно отогнув край тяжёлой портьеры, мельком оглядел освещённую фонарями улицу.

– Дежурят почти под дверьми, – хмыкнул он и вновь вернулся к столу. – Однако вламываться не решаются.

Александра устало провела рукой по волосам, в её жесте отразилось и отчаяние, и обречённость.

– Теперь нам жить спокойно не дадут, да?

Вопрос, конечно, был чисто риторическим.

– Думаю, или мы первые раскроем загадку этого пергамента, или…

Окончание повисло в воздухе, но каждый понял сам для себя, что имел в виду Роберт.

– Теперь, когда у них, – он кивнул в сторону окна, – не получилось незаметно выкрасть раритет, они знают, что мы в курсе их интересов, и нас не оставят в покое.

– Что же теперь даже на улицу не выйти? – Алекс перевела взгляд на гостя, нервно постукивающего кончиками пальцев по столешнице. – Что будем делать?

– Искать разгадку первыми. Дём, ты точно уверен, что не хочешь остаться? У меня ещё есть пара-тройка гостевых спален.