Интересно сопоставить с этим стихотворением другие стихотворные эпитафии, сочиненные в честь боспорских ученых: 1) филолога Илиодора [132] ; 2) грамматика Саввиона, сына Стефана, изображенного на рельефе со свитком в правой руке [133] ; 3) ученого Стратоника, сына Зенона, которому поставил пышное надгробие его вольноотпущенник Созий. Ученый изображен со свитком в руке стоящим у стола, заполненного рукописями, и одновременно верхом на коне, с оружием в руках [134] . Вот та социальная среда, где культивировались наука и поэзия.

Боспорские стихотворения, за немногими исключениями, имели целью увековечение памяти покойного. Особенно много стихотворных эпитафий приходится на позднеэллинистическую и римскую эпохи (I в. до н. э. и I–II вв. н. э.). Сочинители стихов обслуживали богатую верхушку торгового класса, тесно связанного экономически с торговыми центрами южного Причерноморья (Амис, Амастрия, Синопа, Гераклея Понтийская), выражая его идеологию и чаяния: благородное происхождение, добрый нрав, особенно часто восхваляемый, и веру в загробную жизнь, которая представлялась в виде плодоносных рощ и светлых чертогов героев.

Стихотворная эпитафия Илиодора, сына Илия, была опубликована в «Известиях Таврического общества истории, археологии и этнографий», I, еще в 1927 г., но без изображения интересной надгробной стелы, по всем данным изготовленной не в местной мастерской, а привезенной готовой из Амастрии братьями покойного. Этот недостаток теперь восполнен в настоящем издании. Эпитафия ярко выявляет ту тесную живую связь между Пантикапеем и малоазийскими городами, которая наладилась в эллинистическо-римский период в результате усиления торговых сношений при Митридате. Многие выселенцы находили на Боспоре применение своего труда и специальности, и Боспор становился для них второй родиной. Перед нами образы, увековеченные в боспорских стихотворных эпитафиях: престарелого воина Менодора, родившегося в венчанной морем Синопе, изрубившего многие кровавые доспехи супостатов и сраженного копьем в земле боспорской [135] ; купца Христиона, занесенного Гермесом в отдаленную область сираков и преждевременно умершего на чужбине [136] ; синопца Фарнака, учителя гимнастики, смерть которого оплакивает местный гимнасий [137] .

В пышных стихах прославляется добродетель и красота Клеопатры и Феофилы, гражданок Амиса и Синопы [138] . Таков и амастриец Илиодор, отличавшийся высоконравственными качествами: честностью во всех делах и безукоризненным отношением к друзьям.

Надгробная стела (высота 1,24, ширина 0,57-0,55, толщина 0,14), переломанная в верхней части по линии головы всадника и обломанная снизу. Под верхним карнизом надгробия фронтон с 3 гладкими акротериями, переходящими на боковые стороны, на базисах упрощенной формы (ср. акротерии надгробия № 10), и 3 розетками внутри фронтона и над покатостями его. Под фронтоном, покоящимся на пилястрах с капителями и базисами, продолженными на боковые стороны, высечена фигура всадника, обращенного вправо, на спокойно стоящей лошади, сильно поврежденной. Отбита вся верхняя часть туловища всадника и морда лошади. Кроме того, повреждена фигура юноши позади всадника и левый пилястр.

Под рельефом двухстрочная надпись, высота букв 0,05-0,03.

, Патрокл Патоков,

, прощай

Имя новое, не отмеченное до сих пор в боспорской эпиграфике. Надгробие может быть отнесено к 1-й половине I в. н. э. как по шрифту, так и по стилю рельефной плиты.

Приобретено музеем у А.Г. Типакова, нашедшего его на Предельной ул. — продолжении Аджимушкайской, дом № 1.

Надгробие из местного известняка, найденное в 1926 г. во дворе № 86 по улице 1-й Домны. Надгробие высотой в 1,54, шириной в 0,55-0,59, толщиной в 0,15, переломано пополам, внизу срезано для вставки в постамент. Верхняя часть украшена тройным карнизом, под которым рельефно высечен фронтон с тщательно профилированными пальметками, заходящими на боковые стороны стелы. Свободные места над скатами фронтона заполнены розетками о 4 лепестках; такая же розетка в средине фронтона.

Под фронтоном архитрав, покоящийся на массивных пилястрах с капителями и базисами, заходящими на боковые грани стелы. Между ними рельефные изображения женщины и девочки. Женщина (лицо повреждено), одетая в хитон и гиматий, с высоким головным убором, в задумчивой позе стоит, облокотившись на колонку, слева женская фигура меньших размеров, с традиционным цилиндрическим сосудом, закрытым конической крышкой. Под рельефом надпись в 4 строки. Высота букв 0,035.

‘, -

–

,

, .

Перевод: Аммия, дочь Психариона, сына Игиэнонта, жена Луция Фарнака, прощай.

По стилю надписи и архитектурным: орнаментам надгробие относится к 1-й половине I в. н. э. Все имена уже отмечены в боспорской эпиграфике.

Надгробная плита, приобретенная у Сохалева, нашедшего, ее на Карантинной ул., в Новом Карантине, на участке дачи Фельдштейна, 28 января 1926 г.