— Эй, — услышал я, — поторопись, а то без тебя уедут.

За спиной стоял коричневый.

— Куда уедут? — не понял я.

— За крапивницей, куда ещё? Или ты не на сбор?

— Нет.

— Тогда какого хера тут мотаешься? Кино сегодня не показывают.

— Мне нужно к четвёртому эвакуационному выходу.

— В яму собрался? — он подошёл ко мне вплотную и заглянул в глаза. — На нарика вроде не похож. Эй, Сурок, здесь клетчатый какой-то странный. Прикинь, первый раз вижу, чтоб по собственной воле на ферму пёрлись. Вот же придурок.

Подошёл охранник в синем. В правой руке обрез трёхлинейки, на поясе подсумок с запасными патронами и кобура, из которой выглядывала рукоять нагана. Рявкнул:

— Штрихкод предъявил! Быстро!

Я протянул запястье. Он отсканировал, и попеременно глядя на меня и на экран планшета, сказал более миролюбиво:

— Из вчерашней партии. Подтверждённых заявок на сотрудничество нет. Ты чего тут забыл, блаженный?

— Мне четвёртый выход нужен.

Сурок приставил ствол обреза к моему животу, надавил.

— Тебя как новичка предупреждаю по-человечески: четвёртый выход — зона особого контроля. Пройти туда можно либо с подтверждённым предложением к станку, либо на ферму. Любая иная попытка проникнуть в зону считается диверсией и наказывается принудиловкой. Сегодня на станок предложений нет, выходной у него. Понимаешь? Но если будешь настаивать, то я дам тебе возможность и двух провожатых туда попасть. Будешь настаивать?

— Нет.

— Молодец. Следующий момент. На сбор крапивницы сегодня недобор по сотрудничеству, и у тебя есть шанс помочь своим товарищам-отсосам в сборе урожая. Сейчас я тебе отправлю предложение, ты его подтверждаешь и топаешь на проходную, а я резко забываю, что ты мечтал добраться до четвёртого выхода. И это не просьба, это твоя реальная возможность барахтаться в шлаке дальше.

— Мне Ровшан велел на нарах сидеть, ждать его, — попытался отбрыкаться я.

— Ровшан? — синий повернулся к первому. — Это который? Староста из третьего блока? Да пошёл он нахер этот Ровшан. Нажрал рожу как жопу и думает, что красивый, а сам подражателя никогда не видел. — Сурок передвинул ствол ниже и надавил чуточку сильнее. — Сейчас ты сделаешь так, как я сказал, а в следующий раз, если следующий раз наступит, прежде чем куда-то идти попробуй шевельнуть извилинами.

Он выбил дробь по клавиатуре, и у меня запиликало уже знакомое сообщение:

Предложение по сотрудничеству: сбор крапивницы

Принять:

да нет

Я промедлил секунду и нажал «да». Переть на рожон, когда в пах ствол уткнулся, не лучшая идея.

Вам необходимо явиться к третьему эвакуационному выходу в течение пятнадцати минут. Опоздание будет засчитано как преждевременный отказ от сотрудничества. Штраф десять статов.

Не успел я дочитать пояснение, как планшет снова загудел.

Уточнение предложения по сотрудничеству на сбор крапивницы: предусмотрена двойная смена

Подтверждение:

да нет

Да.

Сурок хлопнул меня по плечу.

— Вали к выходу, блаженный, — и велел коричневому. — Прогуляйся по коридору, надо ещё десяток отловить, а то сегодня совсем мало.

Каждому, кто подходил к проходной, выдавали тяжёлый нож по типу мачете и кусок ткани сложенный в несколько слоёв и прошитый по краям. Охранник назвал это респиратором, но по виду оно больше напоминало медицинскую маску, только более громоздкую и нелепую. Использовать его по назначению никто не спешил. Тесак я сунул за ремень, а маску сложил и спрятал в карман брюк.

Изнутри проходная походила на укреплённую позицию. Когда-то это место действительно было проходной, но сейчас окна были заложены кирпичом, остались только узкие щели. На полу стояли два льюиса — привет от Первой мировой, на столе запасные диски к ним. Вооружение не аховое, в современной войне толку от него чуть, но учитывая толщину стен, держаться можно долго.

На улице я едва не ослеп. Отвык от солнца. Проморгавшись, увидел огромную площадь, несколько железнодорожных путей, разворотную площадку, грузовые вагоны. В стороне находилось депо, из которого выползал паровоз с двуглавым орлом на решётке. Из трубы валил дым, стучали колеса.

По контуру площадь была обнесена терриконами высотой с трёхэтажный дом, да ещё с бетонными башенками по гребню. Крепость.

Я прикрыл глаза от солнца, рассматривая детали.

В основании терриконов зияли чёрные провалы, обложенные блоками. От проходной сложно было разглядеть, что кроется в провалах, но, похоже, что какие-то склады. Неподалёку маячил одинокий часовой.

— Не стой, — подтолкнул меня охранник. — Давай на посадку.

У невысокой платформы стояли шесть вагонов, из двух первых выглядывали люди. Я подошёл ко второму, попытался взобраться на площадку, рёбра снова застонали от боли. При такой нагрузке я их никогда не залечу. Какого чёрта попёрся к этому выходу? Надо было дождаться, когда Ровшан договорится с доктором.