Дан не считал это проблемой. У него довольно скоро возникла другая. Одежду он скинул давно, ходил в трусах. Так что теперь часто становился объектом пристального внимания Марины. Причина была.

Когда она проходила мимо слишком близко, или сидела, по-турецки скрестив ноги, Дан вставал и шёл плавать до противоположного берега, объясняя это тем, что не хочет потерять форму. Так продолжалось не одну неделю. Дан даже начал привыкать к своему вечно возбуждённому состоянию и к тому, что Марина этого якобы не видит, но женщина вдруг решила раскрыть это представление.

В очередной раз, возвращаясь с ночного плавания, Дан увидел, что она сидит у воды. Марина смотрела на него, щурясь.

– Задумала опять что-то, - усмехнулся новум, проходя мимо.

Зотова встала и пошла за ним. Дан остановился, удивлённо взглянул на неё. У Марины было странное выражение лица.

– В чём дело? - спросил он.

– Ни в чём, - Марина провела пальцами по его животу, и зацепила пальцами ткань трусов.

Дан на мгновение замер, просто не поверил, что она это сделает. Но когда ткань поползла вниз, перехватил руку Зотовой:

– И чего добиваешься?

Он хотел оттолкнуть Марину, и вдруг понял, что не может. Единственным желанием было свалить её на песок.

«Вообще это мысль, - вдруг решил Дан, понимая, что реакция женщины на такое действие его отрезвит.

Он уложил Марину в долю секунды, налёг на неё всем телом, но вместо страха, которого он ждал, она обвила руками его шею.

У Дана закружилась голова, в основном из-за ощущений внизу живота.

– Ты ведь не шутишь, - прошептал он.

– Поцелуй меня, - прошептала Марина в ответ, - и не торопись.

Время шло. Не замечаемое никем. Просто двое перестали отсчитывать дни и часы. Кому они были нужны на этой планете? Утро приходило всегда, принося белые туманы и прозрачный рассвет, вечер наступал быстро, зажигая две луны и затемняя уютный мир на белом пляже.

Здесь не было рокота космических кораблей, так мучившего Дана по ночам, не было страданий и боли, на которые он насмотрелся за время службы, не было бешеного сигнала тревоги, возвещавшего смерть. Ему словно предоставили отпуск и позабыли об этом.

Где-то далеко остался флот сопротивления, такой важный когда-то для обоих, военные действия, зачистка мирных поселений, экологические диверсии. Встречая каждый вечер вместе, Дан и Марина больше о них не вспоминали. Им было всё равно, что и где сейчас происходит.

Иногда Марине казалось, что её просто нет, что она словно призрак живёт в чьём-то сне, отдыхая от реальности, но внутри что-то подсказывало, что это не будет продолжаться вечно. Хотя Дан и не верил, что однажды какой-нибудь корабль, хотя бы случайно пролетит мимо них, он всё же пролетел…

Туманное утро разорвал далёкий звук тормозных двигателей. Знакомое очертание с короткими аккуратными крыльями проплыло под облаками. Зотова подскочила первой, растолкала новума. Оба спали на берегу под покровом тумана, так что их не могли видеть с корабля, если не был включён тепловизор.

Дан остался лежать на месте, в отличие от Марины, которая побежала под навес, где была сумка с вещами, и через секунду вернулась с бикомпом:

– Так, - возвестила она, - борт сопротивления, есть рисунок на хвосте: морская звезда и змей.

– Знаю таких, - кивнул Дан.

Зотова молчала секунду, наблюдая, потом сказала:

– Приземлился за озером у второго холма. Ты слышишь?

– Да, - Дан так и лежал, - просто не верю, что он здесь.

– Поверь, здесь. И только что сел.

Новум всё-таки встал, взял из рук женщины бикомп, тоже посмотрел.

– Расстояние три километра, - произнёс он.

–  Да.

– Предлагаешь сходить?

Марина удивлённо смотрела на него:

– А ты сам не хочешь?

– Ну почему же?
–  Дан задумался.
–  Давай сходим.

Они собрались быстро, взяли только фляжку с водой. Переплыли озеро и направились к холмам.

Новум о чём-то думал, не говоря ни слова. И Зотова ждала, точно зная, что он решает для себя. Ведь оба прекрасно понимали, что она не может вернуться. Едва её личность подтвердится, как её арестуют и отправят на трибунал, после чего расстреляют.

С каждым шагом Марина понимала, что останется на Ритомартис одна. Сознание просто отказывалось воспринимать эту мысль, отталкивало её со страхом. Но Зотова знала, что Дана надо отпустить. У него остались семья, дом и друзья, которые ждут его возвращения. И никому не следует знать, что всё это время он помогал предательнице, и уж тем более не следует знать, что был её любовником. Служба безопасности генштаба после этого просто уничтожит его карьеру, и хорошо, если на этом всё закончится.