Когда двери открываются на нужном этаже, Бес снова берет меня за руку. Послушно следую за ним. Предвкушая. Паникуя. Я не знаю, чего во мне больше.

Когда дверь квартиры закрывается за нами, я вздрагиваю.

Мы наедине друг с другом.

Внезапно осознаю это каждой клеткой тела. Молчание действует на нервы, и я произношу первое что приходит в голову:

— Мама будет переживать, если я не приеду домой.

Бес бросает на меня раздраженный взгляд.

— Она не переживала, когда отпускала тебя на ночную тусовку?

— Я об этом ей не сказала, — признаюсь, испытывая острый стыд. — Лика отпросила меня… Я не хотела отпускать ее одну.

Чувствую себя заправской лгуньей. Мне ужасно стыдно.

— Позвони матери.

— Что мне сказать? — смотрю на него, сама не зная, чего ожидая.

Берслан пожимает плечами, уходит, оставляя меня в полном недоумении.

Он не держит меня? Готов отпустить? Я могу позвонить кому угодно, пожаловаться, попросить помощи, вызвать такси.

Контроль над происходящим оказывается в моих руках настолько неожиданно, что я теряюсь. Что же выбрать? Какой вариант?

Понимаю, что не хочу уезжать.

Пишу маме короткое сообщение, что останусь на ночь у подруги. Разуваюсь и прохожу дальше по коридору, в поисках Беса.

Шум воды говорит о том, что он не теряет времени, принимает душ.

Иду на кухню. Наверное, он голоден после боя. Но лезть в холодильник без спроса мне неловко. Сажусь на стул возле окна. Смотрю на никогда не спящий, мерцающий огнями город.

Размышляю о том, как получилось, что моя размеренная, тихая, гладкая со всех сторон как прибрежная галька жизнь, вдруг превратилась в русские горки. С первой встречи с Бесом меня круто бросает то вверх, то вниз, и в любую секунду может выкинуть за борт. Самое паршивое во всем этом то, что у меня никак не получается повлиять на происходящее. Хотя нет, куда хуже, что я с каждым днём влюбляюсь все сильнее. В человека, для которого я всего лишь бездушная кукла. Ее можно брать с полки, играть ею, когда заблагорассудится. А потом забывать о ней.

— О чем задумалась? — Берслан появляется так внезапно, что я подпрыгиваю и едва не сваливаюсь со стула.

На этот раз он даже успел переодеться, на нем серые спортивные штаны и черная футболка. Решил не шокировать меня своим обнаженным торсом? Интересно, это можно назвать прогрессом в отношениях, своеобразной заботой.

Хотя, от этого мне ничуть не легче. Все равно, одно только присутствие этого сексуального самца близко ко мне, в тесном пространстве, действует подавляюще. Во рту пересыхает.

— Ты голодная? Чай? Кофе?

— Может, я что-то приготовлю? Я думала об этом, но неловко было тут хозяйничать.

— Ты слишком стеснительная.

Бес берет графин, наливает себе воду в стакан, а я…

Залипаю на его руках. Такие сильные, красивые. Произведение скульптора. Замечаю на костяшках свежую кровь. Вздрагиваю.

— Ты не ответила. Голодная?

— Немного… Слушай, я могу помочь. Хочешь, я обработаю рану? У тебя есть аптечка?

— Хочешь побыть моей медсестрой? — усмехается Бес, снова смущая меня. Слова про медсестру прозвучали максимально непристойно.

Бес послушно садится на стул, а я изучаю аптечку.

У меня немного дрожат руки, когда выдавливаю немного мази, наношу ее на раны. На скуле довольно приличный синяк. Осматриваю другие повреждения. Время останавливается, когда я прикасаюсь к бойцу, чувствуя, как он наблюдает за мной через прикрытые веки. Я едва могу дышать.

— Зачем это все? — мой голос дрожит.

— О чем ты?

— Зачем ты дерешься? — поясняю свой вопрос.

— Вкус победы. Драйв. Много причин.

Не о каждой он расскажет — это я понимаю без слов.

— Тебе понравился бой? — спрашивает через паузу.

— Я не поклонница. Слишком переживаю, глядя на такое.

— Переживаешь? Сегодня тоже?

— Да…

За тебя… я волновалась за тебя.

Мне кажется, что пространство между нами становится звенящим. Четкий ритм дыхания мужчины гипнотизирует меня. Я так близко, что будто вдыхаю воздух, который он выдыхает. Бес пахнет так приятно… терпкий, соленый и одновременно свежий запах океанского бриза. Я не могу не реагировать на него. Перед глазами калейдоскоп безумных картинок. Как наклоняю голову к его влажной шее и слизываю морские соленые капли с его кожи.

Вздрагиваю, я шокирована собственным непристойным воображением. Убираю мазь, закрываю аптечку.

— Теперь я могу заняться ужином.

— Спасибо, Женя.

От звука моего имени волоски на коже электризуются.

— Пожалуйста.

— Я рад, что ты не уехала.

Его глаза странно вспыхивают, в них появляются мощные искры, которые проносятся по моему телу, как молния.

Сглотнув, отвожу глаза. Снова начинаю нервничать.

Никогда в жизни я не встречала мужчину, который бы пробуждал во мне настолько сумасшедшие инстинкты. От его близости во мне все горит.