— Именно, брат! Она побежала, ты распетушился: «Подходи по одному, я вам ебальники бить буду!». Тебе тут же накинули по роже, вмешался супер Антон экей Ричбич, мы стартанули, погоня, спрятались у частника. Ты ноешь: «мне плохо, мне плохо, помоги мне Антон…». Я смотрю на тебя, у тебя лицо опухло, рука опухла. И тут она стучит по багажнику спрашивает нужна ли помощь.

— Опять она?!

— Да-да, брат. Я свечу фонариком, она вправляет тебе нос, ты спрашиваешь, как её зовут, она отвечает Алиса, вправляет тебе нос. Ты стонешь от боли, спрашиваешь почему у неё розовые глаза, она говорит тебе, что это линзы. Ты говоришь, что она красивая, она тебе отвечает, что ты не красивый, вправляет тебе палец, ты стонешь от боли, мы говорим спасибо, она говорит пожалуйста, уходит. Фуф. Всё! Потом на такси едем домой.

Ник задумался, переваривал поток полученной информации, резко спросил:

— А номер? Номер телефона у неё попросил?!

Антон замялся, состроил виноватую рожу.

— Антоха, ё-маё! Ты знал, что она мне так понравилась и не взял её номерок для меня?! Ну, Антон! НУ, АНТОН ТЫ…

— Гондон?

— ГОНДОН! Как её искать теперь?

— Никитос, давай сначала попробуем принять такой момент: ты ей похоже не понравился, а ещё у неё может быть парень или вообще муж!

— Какой муж?! Ей что тридцать пять!? Ей не больше нашего. А парень… а парня и подвинуть можно!

— Ну, ты, конечно, загнул! Но за упорство ставлю лайк. Давай я сейчас попробую отчистить своё доброе, светлое имя от этого мерзкого ругательства, которым ты меня заслуженно обозвал. У неё на виске татуха, как чип…

— Да-да-да! Я помню, так! — торопил друга Ник.

— А на пальце, вот тут по фалангам написано «Рофлянка».

— Рофлянка? Это чё? Типа РОФЛ? Смех?.. Ты думаешь это её ник в игре?

— Брат, я не знаю, но это зацепка!

— Антох, отчистить своё светлое и доброе имя у тебя не получилось! Ну, допустим мы знаешь, что у неё ник «Рофлянка», как нам её найти? Мы и имя её знаем, как нам это поможет?!

— Брат, Алис в городе может быть тысячи. А ник в игре уникален! Никаких официальных способов найти игрока по никнейму нет, но у нас же есть… — Антон постучал пальцем по виску. — Синк эбаут ит, мен!

— Бигбреейн… — протянул Ник. — Ладно, на чуть-чуть отчистил своё имя. Чё погнали тогда за тачкой. Так-то мне ещё надо с хаты съезжать, и новую искать.

— Да, точно. Тогда сначала за тачей, потом до тебя, потом до меня, поищем тебе новую квартиру… С курткой чё делать будем?

— Да выкинем её! Нахуй она вообще нужна…

— Брат, ты уверял, что она пулю держит. — Антоха покрутил куртку. — Билли! Такая погремуха у нашего байкера. Запомним.

— Слушай, Антох! А тебе на пары не надо?

— Какие пары, сегодня воскресенье.

— Стой. А почему вы учитесь в июне?!

— Никитос, ты забыл какого быть студентом? Да, пары в июне, через неделю сессия. Давай погнали тачку забирать!

Мужик, хозяин частого дома, оказался внимательным к людской беде. Встретил парней с очень понимающим лицом. Антоха рассказал всё как было, опустил пару моментов, когда они сами напрашивались на драку. Но в целом нигде не приврал. Отдыхали в баре, приехали байкеры, начали бузить. Слово за слово, набили другу морду, Антон проявил благородство и пошёл спасать товарища, погоня, стрельба, спасались, как могли. Мужик качал головой, а потом выдал свою тираду о том, как ему осточертели «Бешеные». Катаются тут хоть и не частно, но ночью гудят своими мотоциклами, бывают и в воздух пострелять могут. Однажды врезались в его участок и поломали забор, а через месяц поломали забор соседу. Со слов мужика, всё это ещё было в прошлом году. В этом году пока без происшествий. В итоге, пожали друг другу руки, мужик помог затянуть заднее стекло плёнкой, и парни поехали в гараж. Поставили машину, Антоха опять выругался, что нужно чинить.

На такси поехали в промку, на съёмную квартиру Ника. Как обычно Антон не стеснялся в выражениях и называл промышленный район «зажопинском». Водитель такси с ним соглашался.

— А где все девчонки? — спросил Антоха, как только они вылезли из такси. — Только в первый раз, когда до тебя доехал видел двух ничего таких. А что в прошлый раз, что в этот — никого. Вон бабулька, вот там бабулька, смотри там ещё две идут. О! О! Работягу вижу, а вон какие-то обрыганы из твоей банды «голубей».

— Ну, эти же не из банды! Банда вообще вымышленная.

— Да разница какая? Очевидно, что их с этих аборигенов рисовали.

Никита и Антон поднимались по лестнице на третий этаж.

— А чё правда думаешь эти байкеры будут на нас охотиться? — неуверенно спросил Ник.

— Брат, конечно! Это же клуб «Бешеные». Бандиты на двух колёсах, ты вчера это ещё не понял? А снять цвета клуба — это вообще самое унизительное и позорное для них, большое оскорбления. Хотя формально ты же их не снял, стащил с байка, ещё его перевернул…

— Я перевернул мотоцикл?

— Да, брат. Прям толкнул его, специально. Но ты молодец, так за нами четыре мотоцикла поехали, а не пять. Но охоту за нами начнут, не думаю, что мы их приоритетная задача, но такое они терпеть не станут. Ещё бы узнать, кто этот Билли.

Они зашли в квартиру. Антоха присвистнул:

— У тебя шмотья много? А квартира, как будто застыла во времени. Лет так сорок назад, или пятьдесят.

— Немного. Пару сумок, что с деревни в общежитие привёз, и так не многим, чем тут разжился. А чё про Билли этого узнавать? Как зовут, кто такой, чем занимается?