— Ну чего ты притаилась? — спросил он, подавая ей руку. — Пойдем, покажу тебе дом.

Оказавшись на твердой земле, Лера не удержала равновесия, и если бы не Демидов, то растянулась бы на асфальте, но попав в крепкие мужские объятия, смутилась настолько сильно, что перед глазами встала пелена. Местные служащие продолжали пристально разглядывать пару, и внутри у девушки что-то сжалось, когда она рассмотрела на их лицах ехидные улыбки. Не посчитали ли они ее малолетней шлюхой? Но времени заниматься самобичеванием ей никто не дал, Влад настойчиво потянул свою спутницу за руку к широким дверям дома.

Первое определение, которое пришло в голову Лере, стоило ей переступить порог особняка: «мрак». Хоть интерьер и был подобран со вкусом и явно умелым дизайнером, но комнаты напоминали картинки из глянцевого журнала, где все красиво и стильно, но не хватает уюта и тепла. Как можно жить в доме, в котором полы начищены до зеркального блеска и по ним страшно ступать, чтобы не оставить лишних пятен? А огромный холл с консольной деревянной лестницей со стеклянным ограждением был именно таким — блестяще стерильным. Слева располагались огромные двери, видимо в гардероб, а прямо — большая арка.

Пройдя через нее, они оказались в большой комнате. С левой ее стороны находилась нетронутая кулинарией кухня, справа — обеденная зона с овальным столом и восемью стульями. Следующей комнатой, куда также вела арка, была гостиная. В огромном ее пространстве разместились два стоящих друг напротив друга кремовых дивана, стеклянный журнальный столик между ними и белоснежный ковер с длинным ворсом. Венчали все это великолепие широкий камин, облицованный мрамором, и кадки с высокими живыми цветами. Рассматривая комнаты, Лера подумала, что хозяин явно страдает гигантоманией, ибо все было достаточно большого размера. Из кухни-столовой вели стеклянные двери во внутренний двор, где девушка увидел тот самый домик для гостей, фотографию которого присылал Демидов.

Хозяин особняка тем временем рассматривал девушку с неподдельным интересом и кривой ухмылкой. Ей дом явно не понравился. Она даже не старалась скрыть свой негатив по этому поводу, осматриваясь с таким видом, словно попала в морг. У нее на лице, как у ребенка, были отлично видны все эмоции. И Влад был уверен, что девушка не станет лгать ему по поводу своего отношения к дому в целом и обстановке.

— На второй этаж поднимемся? — поинтересовался Демидов.

— Я уверена, там все так же стерильно, как в музее, — выдала Лера и с опаской воззрилась на мужчину. Но тот на выпад девушки лишь тихо рассмеялся. — Прости. Я иногда не думаю, что говорю.

— Именно это мне в тебе и нравится.

— Не все разделяют твоего восторга.

— Я знаю, где тебе будет интереснее. Идем.

Демидов кивнул в сторону стеклянной двери и хищно сверкнул глазами. Лера сглотнула и направилась следом за хозяином дома, чувствуя, как из недр организма снова поднимается дрожь. Они преодолели небольшое расстояние между зданиями и оказались в уютном доме, где все было выдержано в этническом стиле.

— Здесь две комнаты и душ, — стал рассказывать Влад, разуваясь на пороге.

Лера тоже скинула обувь и, затаив дыхание, прошла по небольшому коридору мимо двери в уборную. Слева открылся вид на небольшую комнату с мягким ковром, диваном и телевизором на тумбе. Всюду стояли деревянные фигурки животных и людей, на декоративных полках — тарелки, стены украшали гобелены. Здесь было намного уютнее, хотя заметно прохладнее, в отличие от дома.

Влад отпер еще одну дверь и вошел в комнату, где тут же загорелся свет. Помещение было намного больше предыдущего, потому что вмещало огромную кровать с резными столбиками. На выкрашенной в теплый землистый оттенок стене напротив ложа были развешены различные плети, цепи, наручники; там же стоял открытый стеллаж со свечами разных размеров, форм и цветов, комод с музыкальным центром на нем; еще одна длинная тумба, обтянутая коричневой кожей, у другой стены — Андреевский крест.

Скрестив руки на груди, Демидов оперся о стену спиной и ждал, когда его гостья отомрет. Та застыла статуей посреди комнаты, во все глаза рассматривая содержимое. Ее глаза стали огромными, как блюдца, а тело сотрясала легкая дрожь. Она хлопала ресницами, дыхание сбилось. Наблюдать за девушкой было так же забавно, как и печально, потому что мысли Влада о ее неготовности к сессии полностью оправдались. Он, безусловно, не ожидал, что девушка начнет носиться по комнате с выпученными от радости глазами и расспрашивать про каждый предмет, и уж тем более не ждал, что она проявит уважение и тут же склонится перед ним. На бледном лице Леры проступали только страх и явные терзания о правильности ее решения. Она была не уверена не только в своих желаниях, но и в самом Владиславе.

— Если что-то заинтересовало, можешь посмотреть ближе, — тихо сказал Демидов, боясь испугать гостью еще сильнее, но та все равно вздрогнула всем телом, как от удара, и уставилась на него огромными глазищами. Мужчина усмехнулся и покачал головой: — Пойдем в дом, нас ждет ужин.

— Думаешь, лучше это сделать после ужина? — оглянулась на него Лера, с трудом заставив себя оторвать глаза от длинного хлыста.

— Нет. Мы не вернемся сюда.

— Как? Почему?

Но несмотря на ее возмущение, Влад отчетливо услышал облегчение, а девушка заметно расслабилась и задышала ровнее.