Кроме перины, я оказалась обладательницей двух тонких матрасов, вроде того, на каком сама сейчас сплю – правильно, мне нужно ещё уложить Марьюшку и Меланью, и пяти подушек разного размера. Одеяла тоже были чем-то наполнены, шерстью какой, что ли, и простёганы. Вручную, чтоб их, простёганы. Ещё дали простыней – ну да, правильно. И наволочек.

Обживусь – заведу накидашки на подушки, как у бабушки в детстве. И подзоры свяжу-сошью на все кровати. Ни разу не помню, как это делать, Но умела же когда-то? И подумаешь, что в той, прежней жизни, и было мне тогда лет десять от роду, а то и поменьше? Вон Меланье пятнадцать, а она сколько всего умеет! Нет, я, конечно, тоже умею, но все мои умения здесь – ни к чему. Совсем.

Мальчик Лука отправился на рыболовлю с Гаврилой и Пахомом, а Фомка и Алёшка остались при Пелагее. Им мы и выдали все постельные принадлежности, чтобы помогли дотащить.

Господи, а ведь ещё нужна посуда – чтоб готовить и есть, и какие-нибудь корыта, чтобы стирать. И вёдра, чтобы мыть… Чтоб не бегать к Пелагее за каждой тряпкой и каждой сковородкой. Ладно, последовательно, всё последовательно.

Дом за ночь не изменился нисколько. Ой, нет, изменился.

Когда мы вошли в большую залу, где вчера заседали, то оказалось, что отмытые вчера стёкла и стены снова заросли копотью. Пол, столы и лавки остались, как были, а вот всё прочее – ой.

– Ну да, магией же чистили, - кивнула Пелагея. – С ней всегда так и бывает.

А я запомнила: если надо быстро, то сгодится магия. А если надо основательно, то всё одно руками. Понятно, что уж. Значит, сегодня наша задача – маленькие комнатки, чтобы можно было в них ночевать. Комнаток было три, четвёртую заняли самогонщики. Нас тоже трое. А если вдруг окажется больше – вот там и поглядим. Если нарисуется Трезон, то ей отдельной комнаты пока не полагается.

Пришёл вчерашний сержант – он привёл свежий десяток солдат, и сказал, что они готовы доделать мне забор. Приятно, что. И передал от генерала, что в течение дня или он сам заглянет, или кто-то из его ближних.

– У него нога-то как, ходит? – спросила я.

А то вчера он был местами хорош, конечно, но – только опершись на стену или сидя.

– Ему досталось, верно, - вздохнул сержант. – Он магией своей столько всего тогда помог сделать, и если бы не то проклятое бревно – то и вовсе хорошо было бы. Крышу-то мы перекрыли, как надо.

Вот так, у генерала тоже хозяйство. И немалое, уж наверное, больше моего дома.

Солдаты отправились в лес, мы принялись мыть комнаты, Фома с Алёшкой таскали мебель, Пелагея осматривала кухню – сказала, посмотрит, что там есть, а чего недостаёт. И только мы все впряглись, как прибежала Ульяна.

– Ну как, жива? А то вчера лица на тебе совсем не было, и ноги не держали.

– Ничего, справилась, - отмахнулась я. – Вот, делаем всё, чтобы переехать поскорее.

– Это правильно, сейчас ещё помощнички придут.

– А вот скажи, вы вчера сходили к жене того припадочного?

– К Дарёнке-то? Сходили, ей Дуня вчера помогла. Ну и ваши с горы осмотрели, сказали, что защита до света простоит, а ночью он не потащится.

– Так, а сейчас что? – мне это не нравилось, совсем не нравилось.

– А сейчас до ночи вроде спокойно, - Ульяна внимательно на меня смотрела.

Я подумала, что, наверное, должна это сказать.

– Послушай, а если мы позовём их сюда? Место тут есть, где спать – найдём. А здесь, как меня вчера заверили, такая защита, какую Валерьяну не одолеть.

Ульяна просияла улыбкой.

– Это будет замечательно, вот увидишь. Ты им поможешь – и они тебе тоже, вместе-то проще.

– А они согласятся? – мало ли, что там в голове у человека?

– Так спросим, вот хоть прямо сейчас пойдём и спросим.

– Пошли, - я отложила тряпку. – Так, девы, я к соседям. Мы с Ульяной. Скоро вернёмся.

24. Пропащий, да свой

24. Пропащий, да свой

В дом пропащего Валерьяна и его семейства попадали сверху, со стороны горы. Там прямо дорога была – конь с телегой проедет.

– Тут Егорка Лысый живёт, - сообщила Ульяна про ближайший ко мне с этой стороны домик.

Был он невелик, огорода при нём не наблюдалось, зато сараев – аж три штуки.

– Лодки у него, хорошие, несколько. Сам ходит и другим даёт, - рассказывала Ульяна. – Сейчас на севере, к холодам вернётся.

А следующий домик был даже и не домик, а покосившаяся избушка. Вот реально – будто этому домику много лет, и его не ремонтировали ни разу. И под снегом зимой стоял, и дожди его поливали, и солнце жарило, и землетрясения корёжили. Кстати, бывают ли тут землетрясения? В общем, мне в прежней жизни случалось выкупать такие вот домики, ради того, чтобы на их месте построить что-то другое.