Несмотря на истощение и антисанитарию первых дней, пупочек у нее зажил хорошо. Она ничем не заболела и, вообще, была беспроблемным ребенком. Животом не страдала, газики не мучили и даже срыгивала очень редко. Спала спокойно, и почти не плакала.

Росла она хорошо, менялась. Газки из голубых сделались темно-зелеными, а полупрозрачный младенческий пушок на голове обрел ярко-рыжий цвет, как будто бы я ей тоже хной намазала. Красивая девка будет. Как только вернемся в королевский замок, я ее удочерю, будет она ненаследной принцессой.

Главное вырастить ее и Лушку. И воспитать так, чтобы не потерялись они оба, попав в тронный зал, когда сотни глаз смотрят и ловят каждое твое слово и взгляд. А для этого мне нужно, чтобы иногда мы могли бы быть теми, кем на самом деле являемся: принцем и принцессами. Тогда я смогу научить детей всему, что знаю сама.

Пока размышляла, успела помыть накормить и уложить Анни рядом с Лушкой.

Я спустилась вниз, Селеса суетилась на кухне. Она встретила меня виноватой улыбкой.

— Елька, ты прости за то, что я на тебя все вывалила. Не буду просить, чтобы молчала, знаю, что сама никому не расскажешь.

— Не расскажу, — улыбнулась. А Селеся дипломатична. Вроде и не не сказала, но просьбу свою озвучила.

— А это? — Кивнула она на улицу, где стояла моя тележка, — ты что затеяла-то?

— Взвар хочу продавать на ярмарке. Утром харчевни не работают. А горяченького хочется, — не стала скрывать я.

Селеса задумалась:

— Хорошее дело. Должно пойти. К Смотрящему ходила? — Я кивнула. — Я Жерену скажу, чтоб никого больше на рынок с таким же товаром не пускали. А то, если у тебя получится, сейчас же парочка желающих найдутся повторить. А получится должно. Я сама на рынке раньше стояла, скарб разный, что Алих в кузне сработает, продавала. У нас там и лавка своя была, — она погрустнела, — продать пришлось. Пустовала…

Она вздохнула. И добавила:

— Ты, Елька, еще пирожков напеки. Их-то, конечно, на ярмарке полно продают, да в одном месте всегда удобнее все взять: и пирог, и взвар, чем по рядам бегать.

В словах Селесы была логика.

— Может ты и права. Только у меня нет ничего: ни муки, ни мяса, ни всего остального… А за то, что Жерену скажешь, — улыбнулась, — спасибо.

— Это тебе за Жерена спасибо. Думаешь, не знаю я с чьей подачи он решился наконец? А что продуктов нет, не беда. Ты мне помогла, а я тебе помогу, — Селеса радостно рассмеялась и подмигнула. — У меня и мука есть, и масло, и яйца. Яблоки в саду можно собрать, падалицы много, а мясо у соседки возьмем взаймы до завтра. Они как раз сегодня поросеночка зарезать собирались. Завтра на ярмарку нести.

Отказываться от помощи я не стала. Тем более к продуктам прилагались и умелые руки Селесы. До того, как ей пришла пора идти на работу, мы успели испечь по противню пирогов с мясом и яблоками. Тесто было привычным, таким же, каким его делала я в мире Елены Анатольевны. Только вместо дрожжей использовалась старая опара.

Начинки сделали простые. Мясо отварили, мелко порубили, бульоном разбавили, чтоб получилась помягче и повкуснее. Яблоки порезали мелкими кусочками и добавили немного меда для аромата и сладости. Корицу здесь не использовали, слишком дорого. Но я решила, что если все получится, то обязательно куплю немного корицы. Себестоимость вырастет, конечно, но зато вкуснее, чем у других будет.

Заодно мы с Селесой обсудили возможные начинки. Здесь их делали из разных видов мяса, рыбы, овощей и фруктов, чаще яблок и груш. Если пироги готовили для себя, то иногда внутрь клали кашу или квашенную капусту. Но всегда это были простые начинки из одного вида продукта. Смешивать хотя бы два разных продукта было не принято.

Селеса сказала, что пироги со сложными начинками быстрее портятся, поэтому их и не готовят.

Я стала мечтать, что смогу выделиться из толпы торговцев пирожками именно этой фишкой… придется готовить помаленьку, но много разных начинок. Пусть возни больше, но ведь у меня и срок продажи маленький. Всего несколько часов с утра. А потом мы сами съедим то, что не продалось. Не самая здоровая пища, конечно, но выбора пока нет.

Вышло у нас восемь пирогов с мясом и двенадцать с яблоками. Я переживала, что многовато получилось для первого раза, но Селеса надо мной посмеялась. Сказала, что те, кто пирогами торгуют, по два-три десятка каждого вида продают в самый плохой день. А в хороший по полсотни.

Это слегка успокоило меня, ведь теперь я должна завтра отдать соседке четыре гринки за мясо и кучу продуктов Селесе.

Пока возились с пирогами проснулись дети. Они не просили, но смотрели так жалобно, что я не выдержала и поделила на всех по пирогу с мясом и яблоком. Если моя затея выгорит, то двух гринок не жалко. А если нет, то эти пироги все равно нам самим есть.

Вечером Селеса ушла на работу, а я взялась за взвар. Решила сварить ровно столько, чтобы в один горшок поместилось. Если все продам хорошо, если не продам, то нас много, пять крынок сами за пару дней выпьем. Не пропадет.

Таких больших горшков, чтобы влезло пять крынок, ни у меня, ни у Селесы не было. А варить взвар частями не самое удачное решение. Он же, как ни старайся, каждый раз разный получается. И тонкость приготовления взвара именно в том, чтобы каждый раз он был вкусный: когда чуть раньше с огня снять нужно, когда чуть больше меда добавить, когда покрепче сделать, когда воды побольше налить…