— Сегодня утром сэр Грегарио сказал мне, что мы одержали победу в крупном сражении в Этруссии, — заметил Харальд.

— А я слышал, что в Харндоне от чумы погибло около тысячи человек.

— Ага, если не в три раза больше. — Егерь оперся на лук.

С золотых небес закапали первые капли дождя.

— Мы выигрываем или проигрываем? — спросил брата Билл.

— Проигрываем, — ответил Харальд, протянув ему шляпу, полную лесных ягод. Билл жадно закинул в рот пригоршню ежевики.

— Хорошо-то как.

Их взоры устремились к подножию горного хребта, который они только что без боя сдали боглинам. Тварей было очень много, внизу будто тек хитиновый поток. Колонну замыкали рыцари-ирки. Казалось, будто даже их великолепные скакуны пали духом: лоси шагали, низко опустив головы, увенчанные ветвистыми рогами — тоже грозным оружием. Всадники понуро шли рядом.

— Мы обречены, — пробормотал Харальд. — Боже милостивый, скоро меня начнут принимать за повстанца, если я продолжу в том же духе.

— Я доверяю Тапио. Он поможет, — сказал Билл, едва сдержавшись, чтобы не добавить: «В Н’Гаре я провел самые счастливые дни своей жизни и теперь буду сражаться за нее». Н’Гара лежала всего в нескольких лигах, и, кажется, Эш нацелился именно на нее.

Редмид-старший улыбнулся без всякой радости.

— Гляньте-ка, мой братец-повстанец уверен, что какой-то эльф спасет нас, а я считаю, что командующий королевы — болван. Да ты просто молодец, братишка! Мы даже можем поменяться ролями: я возглавлю повстанцев, а ты — королевских егерей.

— Вечно ты не согласен со мной, Харальд. — Билл Редмид взглянул на темнеющее небо и задумчиво произнес: — Нам нужны стрелы.

— Нам тоже. Будем надеяться, что великий сэр Гэвин об этом знает, — отозвался егерь. — Если мы с тобой продолжим трепаться, нас живьем сожрут эти жуки.

Они развернулись и быстро зашагали вперед, стараясь нагнать своих людей, силуэты которых исчезали в золотистых сумерках странного сырого вечера.

Сэр Гэвин Мурьен обмяк в седле, вынув ноги из стремян, чтобы немного расслабить спину. В одной руке он держал небольшой топор, другой лениво отковыривал от него что-то влажное и отвратительное на вид; его шлем и латные рукавицы висели на седельной луке оруженосца. Взгляд рыцаря скользил по долине, которую ирки называли Дайксдейл. Он наблюдал, как его авангард (на этот раз ставший арьергардом) с трудом спускался с дальнего гребня горы. Они были похожи на цепочку муравьев, устремившихся к источнику пищи. Прямо у него под ногами на несколько миль вперед протянулась долина Дайксдейл, лежавшая под горой, заросшей кленами и буками. Их кроны радовали глаз сочными красками позднего лета, правда, многие деревья уже лишились листьев, будто рядом прошла ледяная буря. Местами — там, где лес вырубили люди и ирки, — зияли просеки.

В самой долине повсюду виднелись запруды и речные протоки, несшие свои воды к горному хребту по двум основным направлениям — к древней плотине, возведенной гигантскими, давно исчезнувшими бобрами, и валу, укреплению из камня и земли, единственному напоминанию о неудачной попытке императрицы Ливии отвоевать у ирков Н’Гару, случившейся пятнадцать столетий назад. После двух поражений на западе сэр Гэвин вместе с Тапио, Сказочным Рыцарем, Моган, герцогиней Запада, и Кераком, ее магом, посчитали именно это место идеальным полем боя. Теперь они стояли на округлой, лишенной растительности вершине горы, которую пришедшие из-за Стены прозвали Могилой Змея, и изучали открывшиеся взору дивные пейзажи.

— Похоже на неприступную крепость, возведенную самой природой, — заметил Гэвин.

— Так и ес-с-сть, ч-ч-человек, — улыбнулся Тапио, обнажив клыки. — Только воз-з-звели ее мои с-с-сородич-ч-чи, чтобы с-с-сокруш-ш-шать с-с-своих-х-х врагов.

Моган чуть наклонила огромную голову с костяным гребнем.

— Здесь гибли целые армии, уж Стражи-то знают не понаслышке. Но выстоит ли это место против такого количества врагов?

— Да, это вопрос-с-с, — согласился Сказочный Рыцарь.

— Вы не верите в победу, хотя мы с вами это уже не раз обсуждали, лорды Востока, — вмешался в разговор лорд Керак. — Мы замедлили продвижение врага, заставили раскрыть свое истинное войско, состоящее из Стражей-отступников, хейстенохов и троллей. Единственная моя просьба — вынудить его применить силу. У нас с Гармодием и Морганом имеется для него… сюрприз.

— Сработает ли он? — усомнился сэр Гэвин.

— Зависит от его самоуверенности и капельки удачи. — Богато украшенный клюв демона-ученого приоткрылся, и за ним показался кончик фиолетово-розового языка, что у Стражей сходило за улыбку.

Гэвин никак не мог поверить, что поле боя было возведено искусственно.

— Неужели все это ваших рук дело? — уточнил он, ощущая некое благоговение.

— Каждое дерево, каждая ветка — вс-с-се, кроме каменного вала. Его мы ос-с-ставили в кач-ч-чес-с-стве напоминания о глупос-с-сти людей, — ответил Сказочный Рыцарь, сверкнув клыками.

Но этим вечером, когда огненный шар солнца постепенно тонул за легионами Эша, слова Тапио, как и Керака, прозвучали излишне самоуверенно.

— Мы не можем постоянно сражаться и проигрывать, ведь рано или поздно воинский дух будет сломлен. Нам нужна победа, пусть даже кратковременная.