Сэр Гэвин, не закрывая забрало, поехал дальше. В глаза летел снег. Дорога сделала плавный поворот, и они увидели свою цель.

Противник удерживал мост. Новый каменный мост, по которому могли пройти четыре человека, высокой аркой взлетал над чернильно-черной водой. Он назывался мостом Стража, потому что Габриэль убил там демона.

Погибших рыцарей становилось все больше. Сердце Гэвина разрывалось: не меньше трети ордена лежало на земле, и еще два десятка других рыцарей, мертвых или израненных. Лошади визжали и били копытами, не подпуская никого к мосту. Рыцари ордена воздвигли мерцающий золотисто-зеленый щит. На глазах у Гэвина в щит ударил поток силы. На мосту кто-то был.

— Приор Уишарт ранен, — сообщил сэр Рикар Иркбейн. Молодой обычно молчаливый рыцарь сам был ранен. — Милорд, нам не победить эту тварь. Оружие не пробивает его шкуру… или это доспехи. А его оружие режет сталь, как бумагу.

— Пещерные тролли, — сказал Грацис очевидное.

Гэвин смотрел на мост, когда вперед выехал рыцарь ордена. Его боевой конь легко перепрыгнул через нагромождение тел, несмотря на броню и тяжелого всадника на спине. Подкованные сталью копыта высекли из камней искры, которые в наступающей тьме вспыхнули, как костер, и копье рыцаря ударило в грудь огромной рогатой твари. Демона отбросило назад…

…но копье раскололось в щепки, тварь взмахнула топором и убила рыцаря одним ударом. Его отбросило к перилам моста, и он больше не поднялся.

— Где сэр Грегарио? — спросил Гэвин. Он оставил лорда Уэйланда отвечать за все, когда уехал осматривать поле боя всего час назад.

— Пытается что-то сделать на севере, — сказал Иркбейн.

Еще один рыцарь ордена отсалютовал, перекрестился и бросился в атаку. Его конь проплыл над клубком мертвых и умирающих, и его копье врезалось точно в лоб рогатому, между торчащими почти параллельно земле длинными черными шипастыми отростками — то ли рыцарь очень хорошо владел копьем, то ли ему просто повезло. Тварь, поросшая черной шерстью, похожей на спутанную овчину, дохнула огнем.

Копье сбило ее с ног, и рыцари ордена на дороге радостно завопили.

Тварь поднялась, дрожа всем телом, и, когда рыцарь проскакал мимо, небрежно швырнула твой топор. Лезвие раскололо голову рыцаря до шеи, он рухнул вперед, его тело вспыхнуло темным дымным пламенем, которое охватило труп и лошадь. Прекрасный жеребец завизжал от ужаса.

Тварь на мосту повернулась со скоростью, недоступной человеку, схватилась за топор и вытащила его из горящего тела. Боглины, от которых потемнел берег, ирки и демоны закричали. Их были тысячи.

Гэвин подъехал к приору Харндона, когда еще один молодой рыцарь бросился в атаку.

— Мы должны отступить, — сказал Гэвин. — Это глупость.

Приор огляделся. Он лежал под деревом. Правой руки ниже локтя у него больше не было.

— Нет, — ответил он. — Дело в том, что я должен попасть в аббатство сегодня вечером. Все зависит от этого.

— Но мы не можем потерять всех ваших рыцарей. — Он оглянулся и увидел, что еще один рыцарь погиб. — Хватит! — взревел Гэвин.

Стройная фигура в черном, обрабатывавшая рану приора, повела рукой.

— Сэр Гэвин, вы очень суровы. Мы должны пробиться к аббатству, иначе мы потеряем все.

— Милорд, — сказал Грацис. — Милорд… дракон.

Гэвин повернулся, глядя на лесную дорогу в сторону Альбинкирка. На деревьях почти не осталось листвы, и сквозь ветви он увидел надвигающийся черный силуэт, а затем яркое сияние драконьего пламени.

Судя по всему, он поджигал Пенрит. Потеря Пенрита разрушит их оборону.

Гэвин посмотрел на приора, на высокую женщину рядом с ним, на Грациса, на своих рыцарей и молодого Иркбейна.

— Верно, — сказал он. Он поклонился женщине и отсалютовал приору. Велел Грацису: — Дай мне другой меч.

— Другой меч? — переспросил Грацис, но тут же протянул большой черный меч сэра Хартмута. Он держал за ножны, и Гэвин легко вытащил клинок.

— Пора обратить пламя против огня.

Он развернул Бесс на задних копытах, так что большая кобыла крутанулась, как волчок, и направил ее к мосту. Но он не стал бросаться в атаку. Он поехал неспешной рысью, прикрытый щитом ордена. Шаман на дальнем берегу швырнул в него молнией, которая бессильно стекла с золотых листьев защиты.

Гэвин подошел к куче мертвых рыцарей и позволил Бесс самой выбирать путь обхода. Остановился у края моста. Рогатый стоял ровно посередине. Он… гигантская пародия на мужественность, болтавшаяся между мускулистыми ногами, никак не давала возможности усомниться, какого он пола… Он поднял огромный стальной топор и закричал. Его крик эхом подхватили ирки, и боглины, и виверны, которые кружили над полем боя, как огромные падальщики.

Гэвин поднял меч, и тот вспыхнул.

— Думаешь, твоя жалкая магия причинит мне вред, смертный? Я сын Эша! Я бессмертен! Ваше время прошло, и мой господин создаст новую землю.