В прочем, она как и в прошлую мою беременность ходила со мной к врачу на каждый прием. Только вот с Лешей таких проблем не возникало. Хотя в том, что беременность протекает не так как хотелось, мне сообщила Алиса Викторовна еще четыре дня назад. У меня оказался гипертонус. Еще тогда она предложила лечь в больницу. Но я отказалась. Только попросила выписать мне необходимые препараты. И вот сейчас очень жалела об этом.

*****

— Привет дорогая! Как ты? — обнимая меня аккуратно, чтобы не задеть катетер торчавший из моей руки, спросила Соня, когда на следующий день пришла ко мне в больницу.

Вот уж кто, кто, а она узнала всю историю целиком. Еще пару недель назад, мы сидели с ней вдвоем у меня на веранде и я откровенно все рассказала.

— Я дура, да? — тогда спросила я у нее после окончания повествования.

— Нет, Милан. Ты не дура. Ты просто полюбила. Пусть и не того человека. Но это уж вообще сложно выбирать. Сердцу не прикажешь, — обняв прошептала она последние фразы тихонько мне на ухо.

Больше мы к этой теме не возвращались.

И вот сейчас, как всегда, безумно жизнерадостная и словно светившаяся изнутри, она сидела возле моей кровати и рассказывала о проделках маленькой Бергер. Это уже конечно после того, как разузнала как я себя чувствую.

— Слушай, надо будет как-то собраться у нас дома всем вместе. Помнишь как Леша с Верочкой хорошо играли в прошлый раз? — предложила я ей.

— Да кто ж против? Я двумя руками за! Только вот подруга, надо тебя сначала подлечить, — кивая на капельницу рядом. — На сколько тебя положили?

— На неделю точно, а дальше по анализам будут смотреть, — ответила я.

— Может чего-то хочется особенного, ты скажи, я принесу?

— Ага, шашлычка, только прям с пылу жару, — рассмеялась я. — Вот ты заговорила о посиделках и я сразу подумала о мясе, так и стоит теперь перед глазами.

— Все, как только выписывают, сразу берем мяско, — подхватила она мою идею.

— Только надо будет подумать кто нам его приготовит. У тебя нет знакомого повара? Я оплачу выезд.

Здесь в дверь палаты постучали и она начала открываться. Продемонстрировав нам сначала белый букет лилий, а следом… и Влада.

— Я по-моему, только что нашла нам повара, — тихонько улыбаясь прошептала мне Соня.

В связи с тем, что я попала в больницу, пришлось раньше запланированного времени рассказать Селенской о моей беременности и дальнейших планах.

Буквально через два часа после разговора с ней по телефону, она уже приехала ко мне в больницу.

— Екатерина Евгеньевна, не стоило, — когда она выкладывала очередной пакет с фруктами на столик.

— Стоило, стоило, не чужие же мы люди, — а ведь и правда, за столько лет работы вместе, этот человек тоже стал мне дорог. И случись что-то с ней, я также примчалась бы на помощь.

Мы немного поговорили о работе. Она заверила что все хорошо. Максимальную нагрузку возьмет на себя уже сейчас, потому что в данной ситуации, даже выйдя с больницы, мне все равно лучше отлежаться еще дома, а не мотаться по городу. А то и в другие населенные пункты.

Я по этому поводу с ней согласилась. Надо действительно себя поберечь. Если бы легла сразу, может и не было бы таких последствий. Но теперь что уж гадать… Главное сделать выводы.

Договорились, что всю необходимую документацию она будет присылать. А в случае необходимым подписей либо отправлять ко мне Прошина — нашего юриста, либо отправлять с курьером.

— Красивые лилии! Я их тоже люблю. Жених подарил? — спросила Селенская, уже собираясь уходить.

— Нет, — покачала я головой с грустной улыбкой. — Друг.

*****

Когда еще днем зашел ко мне Влад, он надолго не задержался. Не знаю в чем причина. Или в том, что в это время я была не одна, а с Соней. А может он действительно спешил на работу, как и сказал. Но по факту, он только вручил мне букет, пожелал выздоровления и сказал, что зайдет в другой раз.

Тогда я не сильно обратила на это внимание. Да и вообще не заостряла мысли на нашем общении с Владом. Хотя оно не прекращалось на протяжении этих трех недель. Он ненавязчиво узнавал как у меня дела, что мне необходимо. Мы даже несколько раз ходили пить с ним кофе. Но он пил кофе, а я чай.

И все это время, ничего кроме как, дружеского участия я не замечала. Да даже сейчас, пока Екатерина Евгеньевна не направила мой взор на цветы, со своим вопросом о женихе, я бы тоже ни о чем таком не подумала.

А может и правда ничего нет? Просто цветы! Просто символ внимания и как в поддержку выздоровления? Лучше бы это и в действительности оказалось именно так. Влад неплохой человек, и мне бы не хотелось, чтобы под якобы дружеской заботы, он чувствовал что-то большее. Потому что, ничего серьезнее я предложить ему не смогу.