У Тамары Николаевны была такая привычки, включать телевизор и не смотреть его, а просто слушать на заднем фоне. Меня это абсолютно не смущало, и я ничего не говорила по этому поводу.

Сейчас был включен канал с очередным ток-шоу, но его резко прервали из-за экстренных новостей.

"В близи города N…, по пока еще не выяснившихся обстоятельствах, упал самолет. Сообщения о выживших и пострадавших пока не поступило. Мы будем держать вас в курсе событий" — вещал диктор новостей.

Мои в миг ослабевшие пальцы, выронили белоснежные тарелки и они с грохотом разбились на осколки. Как я удостоверюсь позже, как и моя прежняя жизнь…

Прижимая к груди своего сына, аккуратно поцеловала его в лобик. Вдохнула его запах, не спеша отстранять от себя. Мой сын такой маленький, но для меня за несколько дней, он стал таким огромным якорем в этой жизни, чтобы не сойти с ума.

После известий по телевизору, у меня отошли воды, хоть до срока родов еще было время. Пока я раз за разом пыталась дозвониться до супруга, Тамара Николаевна вызвала скорую помощь и позвонила моему врачу.

Весь путь до клиники, я не выпускала из рук телефон, но дозвониться я так и не смогла. Уже перед тем, как меня должны проводить в родовую, я сделала еще один звонок, но уже не Андрею, а его заму и по-совместительству лучшему другу мужа — Константину.

— Костя, помоги пожалуйста, — начала я сразу без приветствия. Очередная вспышка боли пронзило все тело, и я на минуту замолчала, только тяжело дыша в трубку.

— Милана, алло? Милана, что случилось? Алло? — нервно спрашивал Костя, реагируя на мое молчание.

— Да, да я здесь. Костя слушай… — я начала быстро говорить, что мы услышали по новостям, что Андрей тоже в это время должен был лететь, что его телефон недоступен, а у меня начались роды. — Костя пожалуйста, узнай что это за самолет разбился? И Андрей… — голос мой все же сейчас дрогнул. — Не был он на борту?

— Да, хорошо Милан, конечно, я все узнаю, — пообещал мне Костя. — Милан, он же с Питера летел верно? Встреча там была? — все же уточнил он, хотя тоже знал расписание Андрея.

— Да, — только и успела сказать я, после чего меня снова накрыла очередная схватка. Врач, что находился со мной рядом все это время, быстро подхватил меня по руку, придерживая спину.

— Все Милана Игоревна, остальные разговоры после, — провожая меня к нужной двери, проговорил он.

А дальше помню только, как одна схватка заканчивалась, тело на пару минут отпускало от боли, а затем снова все повторялось. Но и это в итоге закончилось. В 3.45 ночи я родила крепкого здорового мальчика.

А в 11 часов дня, после моего первого кормления сына, я узнала, что его отец погиб. Выживших в этой авиакатастрофе не было. И как бы я не молила, чтобы его не было в этом самолете, но это было не так. Как выяснилось, Лебедев Андрей Анатольевич, прошел регистрацию и сел на борт самолета.

Моя выписка с Лешей из роддома прошла без цветов и воздушных шаров. Нас встречали Тамара Николаевна и тетя Катя — родственница Андрея, которая тут же прилетела к нам, как только узнала вести о племяннике. Я не была в черном. Я его надела спустя несколько дней, когда мы хоронили отца моего ребенка. В закрытом гробу.

Для меня все прошло как в тумане. Словно это было не со мной, а я была точно сторонним наблюдателем. Мою плотину прорвало, когда я вернулась в наш дом. Осознание того, что моего мужчины больше нет, настигло меня ударом, словно кувалда расшибает камень. Он больше никогда не вернется домой! Я никогда больше не смогу почувствовать его тепло, услышать голос. Его нет! Моего идеала больше нет! Слезы, рыдания, истерика — было все, вытащил из нее плач сына.

— Прости, мой маленький, прости меня, — я забыла обо всем, ты ведь голодный, — шептала я ему, прикладывая к груди. — Больше такого не будет, мама больше не будет плакать… — вытирая слезы, успокаивала сына и себя.

Потом дни, недели понеслись вперед. Конечно, я плакала еще, но уже истерик больше не было. Только тихие слезы по ночам в подушку, когда я думала, что в доме уже все спят.

Тетя Катя, кстати, осталась жить с нами. Сначала, конечно, она просто осталась меня поддержать. А когда прошел первый месяц ее жизни у нас, она засобиралась домой.

— Теть Катя, куда вы едите? Оставайтесь! — обнимая, слегка полноватую небольшого роста женщину, спросила я.

— Миланочка, да что ж я уже второй месяц буду на твоей шее сидеть? — неуверенно ответила она.

— Какой сидеть теть Кать, вы же так хорошо с Лешенькой справляетесь, как я буду без вашей помощи? — пошла я на хитрость, видя, как женщина прикипела к нашему маленькому ангелу.

— А не помешаю? — с надеждой в голосе, спросила она.

— Так, давайте вы поедите, возьмете свои вещи и полностью переедите к нам. Квартиру хотите свою продайте, хотите, сдавайте квартирантам. В общем, у вас неделя, чтобы разобраться там со всем и вернуться обратно, — в свою очередь дала свои наставления я.