Мечник обвёл взглядом его экипировку и остановился на, необычных для этих мест, когтях. Задумавшись, он просил:

— Рэйвен, верно? Я хочу спросить тебя об одной теме.

В ответ наёмник убрал ладонь с лба и внимательно посмотрел на Ялмира.

— Слушаю. — ответил Рэйвен вернувшись в своё спокойное состояние. Отличие было лишь в том, что теперь в его голосе явно присутствовал дружественный акцент. Наверное, после возвращения холодного рассудка, он осознал, как глупо сейчас выглядел.

Ялмир указал на свои пальцы.

— Твои когти, может, ошибаюсь, но лучше ответь: знаком ли ты с человеком, у которого вместо пальцев когти, а на груди пояс с кинжалами, скрытые под накидкой.

Рэйвен промолчал, около пол минуты стояла тишина, а после он ответил:

— Зачем тебе? Гриф, про его существование вообще не должно быть известно. — с опущенными от напряжения бровями отвечал он.

— По мелочи, — пожал плечами Ялмир. — Не буду скрывать, у нас взаимное желание убить друг друга.

Когтистый криво улыбнулся покачав головой. Проскакивали признаки того, что эта тема была не самой приятной для него, не исключено, что он был знаком с пожирателем, или, даже, был к нему очень близок. Но то, что пожиратель оказывается изгой — не удивительно, Ялмир предполагал об этом ещё давно, такой псих не может существовать среди себе подобных очень долго. По крайне мере, в ордене, где есть свои морали и законы уж точно.

— Хм. Стоим как на дуэли, — сменил Рэйвен тему разворачиваясь к Ялмиру спиной. — Пройдемся?

Озвучивая свой вопрос, когтистый не дожидаясь ответа, медленно зашагал вперёд, задумчиво глядя в землю.

Ялмир принял его предложение, и догнав его быстрым шагом, шёл уже вместе с ним. Теперь эту прогулку он проводил не в одиночестве. Если задумываться об опасности, то Ялмир не чувствует, что должен чего то опасаться, так как он вполне уверен в себе, и в том, что от его смерти этому парню, пока ещё, нет никакой выгоды. Если это ловушка, он не будет думать, он предпримет решительные меры.

— Давно ты здесь? — спросил Рэйвен.

— О чём ты?

Удивление Ялмира было вызвано тем, что другие не должны и думать, что он твескорец. Из за этого он вынужден притворяться юхвом, иначе у него могут появиться трудности. И своим вопросом, когтистый в миг размазал все его старания, всё, что он предпринял для скрытия своего происхождения.

— Ты не отсюда, не из этого города уж точно, — взглянул когтистый на Ялмира. Его взгляд был сонным и беспечным. — То, что ты выживешь в этих местах я не сомневаюсь, но родился ты точно не здесь.

Ялмир не ответил. Разговор про родину заставил его задуматься, сильно задуматься. Он родился, как неожиданно, в обеспеченной семье, да, не безумно богатой, но обеспеченной, но теперь должен работать за каждую монету. За всё это, без исключений, он должен сказать «спасибо» отцу. Хотя, он уже «поблагодарил» его, как следует.

Рэйвен, смотря на молчаливого мечника, перевёл свой взгляд вперёд и продолжил:

— Пожиратель, ты спрашивал о нём. — вернулся когтистый на старую тему.

Ялмир выпал из раздумий, прогнав лишние мысли.

— Он был моим знакомым, мы были знакомы через Орден. Он был хорошим воином, пока его не поглотила жадность, если можно так сказать, — горько произнёс Рэйвен. — Он ушёл с неким человеком, бросив нас… меня на произвол, дальше я мало что о нём слышал. Это была тяжёлая ситуация, а вспоминая её мне хочется смеяться.

— Смех помогает бороться с болью, — ответил Ялмир то, что он повторял сотни раз, всё снова и снова, всё новым людям. — Надо выбирать себе хороших знакомых, ты это уже понял.

Мечнику были чужды страдания когтистого, он не был с этим связан, это было не его дело. Не было бы его делом, пока пожиратель, описанный Гвидо, не стал одной из причин его уродства, его ожогов.

— Гриф, — спросил Рэйвен. — Что ты запланировал?

Когтистый пошёл дальше, не замечая, как сам Ялмир сбавил шаг и расстояние между ними увеличилось в несколько метров. Рэйвен почувствовал это и обернулся, расстояние между ними снова стало таким же, каким было при их первом знакомстве. Цареубийца внимательно наблюдал за ним, за его движениями. Он успел понять, что человек перед ним, совершенно не обычных убийца с когтями, он знает то, что не должен знать, он догадывается о том, о чём не должен даже думать.