В одну из машин сели те двое, что измывались надо мной, в другую я и грозный верзила босс. Меня как-будто парализовало от страха.

— На вот, прикройся. — сказал мне Ахмет, и кинул мне на колени своё пальто, которое достал с заднего сиденья. Чему я была признаться, очень рада.

— Зовут как?

— Кого? — ступила я

— Петю Рашпеля.

— Какого Петю?

— Ты дура что-ли? Тебя зовут как?!

Ахмета видимо все это веселило. Веселило как напуганная до полусмерти девушка, сидит, заикается и не понимает, что от неё хотят. Одно веселье, да и только. Вцепиться бы ногтями в его бандитскую морду, чтоб пропала ухмылка с лица, подумала я. Но делать так конечно не стала. Ведь у меня пока ещё есть хоть маленькая и шаткая, но все же надежда на то, что я останусь жива. А если я накинусь на него, сделаю только хуже.

— Ты оглохла? Я вопрос задал?!

— Милана. Меня зовут Милана. — ответила я.

— Ну тогда слушай меня сейчас внимательно, Милана. И запоминай. Мне нужен Стас. Он свалил. Ты должна мне рассказать все, что знаешь и не знаешь. О нем, о фирме, обо всем. О документации и прочем. Не может быть чтобы ты была не в курсе. У тебя будет время, чтобы вспомнить и подумать. Если ты обманешь меня, наказание одно-смерть. Попытаешься бежать-то же самое. Я найду тебя, не сомневайся. Стас очень некрасиво поступил, по крысиному. Я найду его, обязательно найду. Но если ты хочешь жить, то должна мне помочь. И да. Так, для справочки. Стас решил кинуть не только меня, его ищет очень много людей. Поэтому, если все же решишь бежать, и эти люди тебя найдут, а они найдут, смерть тебе покажется спасением и самым лучшим вариантом, поверь мне, ты сама будешь о ней молить, после того, что с тобой сделают. Поэтому думай.

Я понятия не имела, что меня дальше ждёт, и как долго я ещё буду жива. Страшнее всего было за дочку. Если меня убьют, то она останется совсем одна. Нужно выжить, чего бы мне это не стоило. Но нужно ли ему знать, о том, что у меня есть ребёнок. Думаю, что нет.

— Значит вы не отпустите меня?

— А ты внатуре тупая.

— Ахмет, я…Не примите за наглость, но можно мне обратиться к вам все лишь с одной просьбой, для вас это мелочь, а для меня вся жизнь.

— Вот как. Ну слушаю, что там у тебя. — надменно ответил Ахмет, как царь.

— Позвольте мне сделать лишь один телефонный звонок. Я ухаживаю за пожилой, почти беспомощной женщиной, я скажу, что я не приду. Она ведь будет меня ждать. — я не знала, что ещё можно придумать, но я решила надавить на жалость, вдруг получится.

— У тебя минута, и не дай бог ты ляпнешь хоть одно лишнее слово, я убью тебя прямо здесь. Ну ииии, будешь должна. Поняла?

— Поняла.

Я объяснила Татьяне Владимировне ситуацию с командировкой. Женщина отнеслась с пониманием и пообещала забрать Кристину к себе. Я старалась говорить как можно более непонятно для Ахмеда. Человек с его возможностями рано или поздно все равно узнаёт о ребёнке. Но не сейчас. Сейчас мою Крис нужно защитить. Пока только так.

— Телефон-грубо сказал Ахмет, и не отрываясь от дороги протянул руку, в которую по всей видимости мне нужно была вложить телефон. Что я и сделала.

Примерно через час езды, машина остановилась у огромного забора. Я в последний раз посмотрела в окно. Как-будто прощаясь с этим миром и этой жизнью. Как Дюймовочка прощалась с светом и солнышком. Кто знает, что меня ждёт за этим огромным забором?!

Ахмет щелкнул на маленьком пульте одну из кнопок, ворота открылись, и стали отъезжать. Я же вся съежилась и вжалась в сидение.

Ахмету казалось вообще нет до меня дела. Он всю дорогу не обращал на меня никакого внимания, как-будто меня здесь и нет. Может оно и к лучшему.

Дом который я увидела, был под стать Ахмету. Большой и темный. На участке во всю ведутся работы по облагораживанию территории.

— Что сидишь? Приехали. Сама выйдешь или помочь?

— Сама.

Я голыми ногами ступила на мокрую и холодную землю. Остатки колготок, а точнее их ошмётки остались в том проклятом кабинете. Трусов на мне тоже не было. Ладно хоть юбка осталась цела и Ахмет дал мне своё пальто.

— Шевелись — сказал мне Ахмет и толкнул меня вперёд.

Я ускорилась. Но чем дальше я шла, тем страшнее мне было. Осмотреться возможности нет. Но нужно придумать, как мне отсюда выбираться. У меня есть отложенные деньги, и на счету тоже есть, которые я для Крис откладывала. Не так много, но хоть что-то.

Когда я зашла в дом, возможности осмотреться, так же не было. Меня переодически толкали в спину.

Но того, что я видела, хватило понять, что дом Ахмета, абсолютно не уютный. Пустенько. Во всем полнейший минимализм и серость. Не дом, а склеп. Ну или нам не понять, богатых замашек.

Меня резко втолкнули в комнату, и заперли дверь. Я даже пискнуть не успела.

В комнате стояла гнетущая тишина. Погода испортилась и стало пасмурно. Казалось и погода плачет вместе со мной. Сейчас, когда я осталась одна, когда эмоции зашкаливают, когда страх парализует, я не могла сдержать эмоции и расплакалась. От бессилия и несправедливости этого гребаного мира. Почему мне всегда так не везёт. В чем повинен ребёнок, который из-за чужих игр может остаться сиротой. Я уже не контролировала себя и упав на пол захлёбывалась слезами.