Тайные влюблённые удалились, и я смогла занять свой пост у одного чешуйчатого самоубийцы.

У меня было время обдумать ситуацию. Здраво рассуждая, речи о влюблённости пока не шло. Я испытывала к Анесу благодарность, уважение, симпатию, но явно не влюблённость. Опять же для меня они с Рэксом едины, но понять каков Анес сам по себе не представлялось возможным. Сделку мы заключили со Зверем, и Кассиус даже уточнил у меня, не желаю ли я покинуть Мглу в связи с наказанием убийцы подруги. Получив мой уверенный отказ, василиск, кажется, даже выдохнул с облегчением.

Я не хотела уходить. Последний месяц перевернул всё с ног на голову. Да, убийца Эльжбеты наказан, благодарить за это стоит Марьям. Но ясности в жизни это не принесло, как и облегчения. Новые силы накладывали новые обязательства, совершенно неприемлемые для меня. Одна из причин здесь находиться — банальный страх. Я хочу принадлежать лишь себе, а не нести ответственность за целый Осколок. Бабушка теперь мне спуску не даст. Я ей не конкурент, конечно же, скорее уж опора трона, подтверждение силы крови и избранности стихией. Божественная легитимность правления и наследственность развяжут ей руки. Я в этом участвовать не хочу.

Ну и Анес с Рэксом. Я не шутила, когда отметила беспрецедентную преданность и жертвенность василиска. Это дорогого стоит в семейных и любовных отношениях. Вот только понять бы, хочу я этих отношений или нет? Первая реакция при взгляде на василиска была достаточно красноречивой, но есть разница глубиною в пропасть между интрижкой и серьёзными отношениями. Для василисков партнёрство — это серьёзно, чем больше я об этом узнавала, тем удивительней было спокойствие и отсутствие принуждения со стороны Анеса. Даже в тумане на Грани Рэкс в шутку предлагал хватать и тащить меня в пещеру, уже там налаживая взаимоотношения, в то время как Анес оставлял мне свободу выбора. В отсутствии Анеса масла в костёр сомнений подливали царящие в Осколке патриархальные устои. Свободолюбивый характер бунтовал против любых запретов и ограничений.

Мысли сумбурно перескакивали с одного на другое. Я облокотилась на саркофаг, подложив под голову согнутые в локтях руки. С этого положения прекрасно было видно измождённое лицо Анеса. Рассматривая его, я не заметила, как провалилась в сон.

***

Марьям

Сон не шел. Чтобы не мешать Лизе, лежала с закрытыми глазами, не шевелясь. В голове царил хаос. Память прокручивала недавний поединок. Шаг за шагом, действие за действием. Драка. Боль. Песок арены. Использование сэттишей. Возмездие. Почему-то такое пафосное слово с лёгкостью заменялось более простым и правдивым — убийство. Первое существо, убитое мною в качестве Сумеречной. Убитое созданиями Тьмы. Значит ли это, что я тёмная, как и бабушка? Смогу ли после такого призвать Свет на помощь? Отчаянно хотелось поэкспериментировать, но не ценой сна подруги. Вот только, как оказалось, Лиза не спала. Дождавшись, когда я прекращу шевелиться и стану дышать ровнее, она тихо выбралась из комнаты и растворилась в ночи.

У всех свои секреты, а это значит, что и мне нет смысла оставаться в постели. Я прошмыгнула в парк, сливаясь с тенями старинных деревьев. К озеру идти в темноте бесполезно, после ссоры черноземных ведьм парк стал похож на минное поле, полное каменных игл и шипов. Пробираться по нему в ночи равносильно самоубийству. Вспоминая планировку парка, сообразила, что менее всего ведьмы накуролесили недалеко от входа в Лабиринт и возле Колизея. Вламываться в громаду тренировочной арены ради одного эксперимента было проблематично, поэтому направилась к Лабиринту. Странное дело, я уже дважды побывала в Лабиринте, а вход рода Регул увидела только сейчас. Как и говорила Мелисса, выглядел он внушительно. Кованные створки ворот, украшенные диковинными животными и птицами, распахнуты настежь.

«Странное у них представление о защите периметра» — подумалось мельком, пока я не разглядела, что входа в Лабиринт как такового нет. Абсолютно непроницаемая стена кустарника скрывала проход к средоточию Осколка. Убедившись, что там нет ничего интересного, решила осмотреть конструкцию ворот.

Наверху угадывались островерхие пики из заостренных камней. В центре располагался огромный ящер, расправивший крылья. Рассмотреть подробности мешала тьма, окутавшая всё вокруг.

— Милая, тебя головой случайно не приложило в Круге Чести? — ехидно спросила внезапно появившаяся копия из браслета.

Я на чистых рефлексах шарахнулась в темноту кувырком, уходя от предполагаемой угрозы.

— Ты что творишь? Я тут чуть разрыв сердца не получила!

— О, а вот реакция мне твоя уже нравится! Надо чаще появляться неожиданно, — хихикнула моя копия. — Так что с головонькой случилось?

— Да нормально всё, были ожоги от слизи и больше ничего серьёзного.

— Уверяю тебя, голову точно зацепили, если ты направлялась в парк проверить призыв Света, а теперь в темноте на ощупь ворота изучаешь.

Н-да, язва она первостепенная, но рациональное зерно в её словах присутствовало.

— Ну и как мне это сделать? Основной постулат Сумеречных гласит, что силы Света и Тьмы призываются только во время охоты и справедливого возмездия. Про рассматривание в ночи заборов там нет ни слова.

— Ой деревня! — сокрушенно покачала головой голограмма, — а свои силы тебе на что? Представь маленький шарик света на ладошке и рассматривай на здоровье, как с карманным фонариком!

— Так я не могу! — разочарованно прошептала я.