— Дарина только моя дочь, — отрезаю, всем видом показывая, что этот вопрос не обсуждается. — К тебе она не имеет никакого отношения. Ты сам отказался от нее, отправив меня на аборт.
Муж узнал, что долгожданный ребенок может родиться с патологией, и настаивал на аборте. Когда я решила оставить малыша, просто ушел, вычеркнув нас из своей жизни, и ни разу не вспомнил. Все изменилось, стоило ему увидеть дочь. Теперь он считает, что нужен нам. Только он не учел одного — этого не хочу я.
?Когда не хочется расставаться с полюбившимися героями, то можнл почитать «Нам нельзя любить» - история Дарины?
Пролог
Полина
— Здравствуй, Полина.
Медленно оборачиваюсь в надежде, что мне померещилось, и у меня начались слуховые галлюцинации.
Даже спустя столько лет этот голос я не спутаю ни с каким другим, а учитывая мой музыкальный слух, то шанс ошибиться колеблется на нулевой отметке.
— Полина Аркадьевна, — поправляю говорившего. Нет, я не ошиблась и со слухом, к сожалению (в данном случае), у меня все нормально. — Здравствуйте, чем обязана?
С полным равнодушием смотрю на любимое когда-то лицо. Лебедев Константин. Мой муж. Бывший муж. Который, узнав, что ребенок, которого мы так ждали, может родиться с патологией, настаивал сделать аборт, а потом, когда я решила оставить малыша, просто исчез, не объясняя ни причины, ни своего местонахождения — ничего. Хотя, что тут объяснять? Тут все предельно ясно. И вот сейчас, спустя одиннадцать лет, он решил, что может навестить бывшую жену.
— Ты сама меня вызвала, — спокойно отвечает Костя.
— Что? — хмурюсь, напрягая память, как такое могло произойти. И ничего не понимаю. — Зачем?
— Я думал, ты мне об этом скажешь. — Костя выдвигает стул и садится, словно пришел слишком рано до начала спектакля.
— Я бы попросила обращаться ко мне по имени, отчеству. В конце концов, вы находитесь в кабинете заместителя директора, а не на кухне.
— Как скажешь, Полина…
— Аркадьевна, — напоминаю свое отчество. Он и забыть его мог, когда вычеркнул беременную жену из своей жизни.
Бросаю взгляд на лист, который положила Наташа на стол, и первым пунктом написано: «Лебедев Филипп, 5-А, вызов родителей». Только этого не хватало!
— Значит, Филипп — твой сын, — говорю скорее больше для себя, чем для него.
— Младший сын, — поправляет Константин.
Все верно. У него уже был ребенок, когда мы поженились, который жил со своей бабушкой по материнской линии, и Костя никогда не скрывал этого.
— Так зачем… — Костя не успевает договорить, как в кабинет влетает Дарина.
— Мама! — Моя девочка чем-то взволнована. Это видно по ее раскрасневшемуся лицу и растрепанным хвостикам. — Извини…те, — тушуется моя звездочка, наткнувшись, на пристальный взгляд таких же серых, как и у нее, глаз.
— Дарина, я сейчас занята, зайди чуть позже, — прошу ее.
— Хорошо. Извините, пожалуйста, — произносит дочь и исчезает за дверью.
— Мама?! — переспрашивает Константин.
— Что не так?
— Это твоя дочь?
— Да. Это моя дочь, — отрезаю, всем видом показывая, что этот вопрос не обсуждается, но это не особо заботит Лебедева.
— Полина, ты хочешь сказать, что…
— Аркадьевна!
— К черту! Эта девочка — моя дочь? — кидает вопрос Лебедев, а сам смотрит на закрытую дверь, где только что скрылась Дарина.
— Дарина только моя дочь. К тебе она не имеет никакого отношения. Ты сам от нее отказался, отправив меня на аборт.
Лебедев медленно поворачивается и смотрит мне в глаза.
— Почему ты ничего не сказала?
— Что я должна была тебе сказать? — Я сама перешла на «ты», хотя никогда не позволяла себе такой фамильярности на работе. — То, что я беременна? Ты это знал. То, что плоду поставили патологию, ты тоже знал. Так же, как и то, что я не собиралась делать аборт. Что еще тебе нужно было знать?
— Что ты родила.
— Серьезно?! Зачем?! Мы были в разводе.
— Ты сама подала на развод.
— А что мне оставалось делать, когда ты оставил меня, решив, что жить с женой, которая должна родить больного ребенка, не соответствует твоему статусу?
— Ты могла сказать, что ребенок родился здоровым, — звучит упрек.
— Кому? Тебе? Так ты к тому времени уже успел жениться, и твоя новая жена тоже была беременна.
— Не знал, что ты следишь за моей личной жизнью.
— Я?! Нет. Это твоя мама докладывала, как ты замечательно стал жить, стоило тебе только жениться на «правильной» девушке.
— Значит — Дарина, — Костя сжимает губы.
— Константин Владимирович, вас никак не должна беспокоить моя дочь. — Я снова перехожу на официальный тон, но Костя его игнорирует.
— Она и моя дочь тоже, Полина.
— Серьезно?!
— По крайней мере, я имел право знать!
— Ты ничего не имеешь. Ты исчез, не объясняя причин, оставив беременную жену! Так какие могут быть претензии, Константин Владимирович?
— Я не знал, что ты…
— Что я? Решусь родить ребенка, на котором ты поставил крест?