Достаточно изредка пересекаться взглядами, дарить друг другу улыбку, и на фоне всех этих вызванных эмоций, я улыбнулась своим мыслям, что не осталось незамеченным Крестовским.

— Что? — Приподнял брови, внимательно изучая мое лицо.

— Вспомнила тот злополучный камень, с которого все началось… — Улыбнулась и склонила голову набок.

— Если бы я тогда знал, к чему это приведет — сам бы вложил его тебе в руку.

Андрей перехватил мою ладонь и нежно прикоснулся губами к внутренней стороне.

— Тебе дали расписание пар?

— Да. Там очень лояльное, кстати, расписание. Некоторые пары утром, некоторые вечером, так что, в любом случае, большая часть дня выходит свободной.

Андрей заметно расслабился.

— Ты чего? — Заглянула ему в глаза, но он лишь помотал головой, и крепче сжал мою руку.

— Ничего… Просто, как-то я не подумал о том, что учебы может быть много.

— А Вы эгоист, однако, Андрей Дмитриевич.

Кривить душой не буду. Мне нравилось проводить с ним время, поэтому, когда нам раздали расписание пар, я сама изрядно успокоилась.

Не хотелось бы проседать сутками на учебе, и потерять то, что было между нами с Андреем. К тому же, мне нравилось и работать с ним, а так, я смогу совмещать, если босса, конечно, устроит, что иногда утром я буду задерживаться.

Остаток вечера мы провели закутавшись в теплые пледы, наслаждаясь легкой прохладой последних летних деньков.

Возвращаться домой не хотелось, но работу никто не отменял, а мне еще предстояло скупить половину магазина канцтоваров.

Андрей вызвался со мной, и мы почти три часа потратили впустую, препираясь, дурачась и споря из-за каждой ручки и тетради.

Выползали из торгового центра уставшие, но лично я была абсолютно довольной проведенным временем и покупками.

Закинули пакеты в машину, Андрей ушел в ближайшую кофейню. Я идти отказалась напрочь. Ноги гудели, подпекали, и все, чего мне сейчас хотелось — это забраться в салон и скинуть босоножки, и я почти воплотила в жизнь свою меленькую мечту, как за спиной послышался до боли знакомый голос:

Глава 37

— Доченька… здравствуй…

Я нахмурилась. Слух резануло ласковое обращение, и я непроизвольно сделала шаг назад.

— Ну, привет… — Прикрыла дверь автомобиля, сложила руки на груди, поглядывая в сторону, откуда должен был вот-вот появится Андрей.

— Как ты?

Меня хватило лишь на то, что бы горько усмехнуться и прикрыть на секунду глаза, в попытках совладать со своим терпением.

— Как я? А тебя давно стало интересовать, как я, МА МА?

Некогда родной и близкий человек сейчас казался самым чужим на всем белом свете.

Я так в нее верила, так радовалась новости о клинике, позабыв обо всех обидах. Мне так хотелось получить этот второй шанс на исправление, на семью… а она все испортила. Зато сейчас её интересует, как, блять, я…

— Лер, дочка…

— Ты продала меня! — Подскакиваю к матери, слегка возвышаясь над ней. — Он бросил тебе под ноги 200 рублей… ДВЕСТИ, мам! А если он действительно оказался бы сутенером? Неужели я столько для тебя стою? 200 рублей, да?

— Лера… но ведь все обошлось… — Мать кивнула за мою спину, указывая на роскошный автомобиль Крестовского.

— Обошлось… — Без особого рвения повторила, покачав головой… — Обошлось, мам… Да вот я до сих пор понять не могу, почему? Почему все так? За что ненавидела? Ведь просто ребенком была, а вы семью развалили. Лишили права на любовь, на детство счастливое. Жизнь свою заново устраивали, а я? Про меня почему забыли? Разве можно развестись с ребенком? Почему ВЫ не смогли, а виновата я?

Слезы лились по щекам широкими солёными дорожками, а я этого даже не замечала.

И только сейчас я ощутила насколько мне больно. Не от слов своих… от глаз её… Пустых, безразличных, без доли сожаления и раскаянья…

Никогда бы не подумала, что родная мать может так смотреть на своего ребенка.

На когда-то любимого и желанного ребенка. Проносившего под сердцем долгих 9 месяцев. Поющего ему по вечерам, нежно поглаживая округлившийся живот.

Но сейчас… казалось, что ничего этого не было…

Я ей чужая… не нужная, не угодная, не удобная и лишняя дочь…

Утерла слезы, заметив вдалеке замаячившую фигуру Андрея.

— И да, я видела отца… — Усмехнулась, когда мать резко вскинула голову вверх, жадно всматриваясь мне в лицо.

Руку на отсечение готова отдать, она ждала, что я расскажу, как он собирал объедки в придворном мусорном баке, но у меня для нее плохие новости…

— Миллионер он, мам… Один из крупнейших бизнесменов страны. Семья прекрасная, дочь приемная моего возраста. Поговаривают, что еще и сын родной есть, но его он бережно от прессы охраняет, так что не уверенна. Хорошо у него все. О нас бы и не вспомнил, если бы не случайная встреча…