Шрифт:
Парень обернулся и посмотрел на меня, как на полоумную.
— Хм… ну можешь посидеть, как умная.
— Хамло! — Выпрыгнула из машины и со смаком шандарахнула дверью.
— Балбеска! — За спиной послышалась сигнализация, и я, быстро перебирая короткими ногами, засеменила за парнем.
Прошли вертушку, поднялись на лифте, а впереди длиннющий коридор.
Пока нахал продолжал печатать что-то, уткнувшись в телефон, я развлекала себя, как могла.
И не придумав ничего увеселительней, начала идти шаг за шагом, стараясь наступать на те квадратики плитки, на которые наступали кроссовки парня.
Я кралась за ним, как воришка, практически растягиваясь в шпагате от ширены его шагов.
За развлечением не заметила, как парень резко остановился, а я влетела в его спину.
Он прикрыл глаза и продолжил идти, и я за ним.
Ша в шаг, шаг в шаг…
Когда, в следующий раз нахал снова резко развернулся, я успела затормозить, и, сложив руки на груди, рассматривала несуществующий маникюр.
— Что? — Наигранно удивилась, а он челюстью клацнул и впихнул меня в какой-то кабинет.
— Проходи/садись/заткнись/и не мешай! — Кивнул на стол, заваленный папками, а сам скрылся за дверью, предположительно своего кабинета.
Покрутила головой по помещению.
Глава 4
— Мда… свалка какая-то… — Приёмная, а это точно была она, выглядела, как заброшенное и никому не нужное место.
Вазоны засохли, тонны пыли на полках, куча разных папок и сшитых стопок бумаг, экран компьютера серого цвета от, всё той же, пыли.
Прошла к двери, за которой спрятался нахал и приложила ухо в деревянному полотну.
Тишина…
Табличка гласила: «Крестовский А.Д. И.о генерального директора»
— Да ты НАЧАЛЬНИК, извращенец! — Воскликнула, и за дверью послышались шаги.
Едва отскочила, как на пороге предстал … нахал?
— Тебя что, тот, чье ты «И.О» покусал? — Парень, уже вовсе и не парень… — Боже… — показательно приложила одну ладонь к груди, а второй стерла невидимую слезу, — наш мальчик вырос…
Пальцы, сжимающие ручку двери, побелели.
А ведь он и, правда, выглядел, как покусанный Биг-Боссом мужик.
Ни кроссовок тебе, ни кожанки, ни раздолбайского вида…
Строгий, отглаженный черный костюм, белоснежная рубашка, начищенные туфли и только развязанный, болтающийся на шее галстук, портив весь вид.
— Я помогу! — Подскочила к мужчине, потому что «парнем» уже язык не поворачивался его назвать, и начала закручивать плотную ткань галстука.
— А ты умеешь? — Скосил глаза вниз, наблюдая недоверчиво за моими манипуляциями.
— Умею!
«Нет!»
— Точно?
— Точно!
«Нет, конечно!»
— Туговато…
А я продолжаю вязать.
— ТУГОВАТО…
Всё равно продолжаю.
— Эй!
Тяну в разные стороны за концы, и вижу, как стоячий воротник рубашки впивается в шею мужчине.
— Да сейчас, ну что ты слабак такой? — Последние штрихи, поправляю и ладонями легонько бью его по груди. — Ну вот, всё готово!
— Спасибо…
Руки я так и не убрала, а стала медленно их опускать вниз по телу мужчины.
— Там еще пряжку бы поправить не мешало…
— Я сам!!! — Когда мои ладони почти доехали до ремня, мужчина нервно отскочил, а я в голос заржала.
— Недотрога!
— Мечта извращенца!
— Пфф…
— Ладно, ближе к делу!
— К какому телу? — Оглянулась через плечо и коварно прошлась глазами по всей фигуре мужчины. Ну что? Мне нравится его бесить.
— Балбеска! Это, — ткнул пальцем вперед, — твое временное рабочее место.
— Эээ… ну… ты же знаешь, что это незаконно? Детский труд и всё такое?
— Помолчи, не на завод отправляю! Так вот, пока я не найду новую секретаршу — ты за нее.
— А со старой что, в декрет отправил? — Поиграла бровями и руками показала воображаемый живот. — Ты учти, мне еще рано!
— Боже… — Тяжело вздохнул.
— Ты, кстати, женат?
— Нет.
— А лет сколько?
— 28.
— Имя?
— Андрей.
Парень отвечал, даже не осознавая. Блин, может на вокзал идти по руке читать за бабки?
— Для ТЕБЯ Андрей Дмитриевич!
— Валерия Сергеевна. — Протянула руку, поправив воображаемые очки.
Он сначала протянул руку в ответ, а потом резко отдернул.