Даже мурашки по спине пробежали от того факта, что меня осенило…. Она мне нравится? Как представительница противоположного пола?

То есть, понятно, что я и вчера ощущал похожее, но перел сном уже уверовал, что это просто глаза у неё такие особенные, пленяющие.

А сейчас понял, что дело отнюдь не только в глазах. Солнце ласкало ее скулы и макушку, идеально гладкая кожа, покрытая только купальником, будто искрилась. А взгляд ее. Как будто реально, я — Бог.

Но я гнал от себя эти мысли как мог. Убеждая себя, что это просто капли воды стекающие по телу, на которые она заворожено смотрела, создавая ещё больший диссонанс в моей душе.

— Ну ты сравнила. Привет. Я плыл два километра вдоль берега. А ты? Ранняя пташка?

Сам удивился себя за непривычное многословие. И снова поймал себя на мысли, что что-то не так…

— Не спится. Вы каждое утро тут купаетесь?

Почему она снова грустит? Почему у такой маленькой уже такие взрослые глаза? Почему так тянет? Поговорить. Утешить. Снять груз ее проблем. Что ещё? Лучше об этом не грезить.

— Да. Сейчас по плану у меня минимум два часа медитаций.

Выдохнул я. Все эти «почему» заставляли по привычке уже переключиться.

— Можно я посмотрю?

Как новый удар под дых. Ей то зачем? Но я в себе не нашёл ни сил ни желания отказать.

— Можно. Только не отвлекай разговорами, пока я не закончу.

Серьезный и уверенный тембр голоса заставил ее немного подобраться. Но смотрела она на меня не менее открыто.

— Хорошо.

Я сел в позу Будды. Закрыл глаза, но я ощущал, как она на меня смотрит. И отбросить мысли и уйти в нирвану в этот раз не получалось никак. Я закончил даже раньше. Она сидела не шелохнувшись пристально глядя на меня.

— Какой вы красивый.

Сначала ляпнула, а потом сама же смутилась. А я понять ее не мог. Прекрасно знаю, что выгляжу далеко за рамками стандартов красоты. За моими зарослями волос и бороды врядли вообще можно что-то разглядеть.

Поэтому собственно даже перед собой стыдно за мои внутренние поползновения, и внутренние попытки смотреть на неё, как мужчина на женщину обычно смотрит.

Не стал смущать ее еще больше комментариями. Да и какими? В голове каша до сих пор.

— Я завтракать. Пойдёшь?

Она встрепенулась.

— Правда? Можно с вами?

Я, если честно, не ожидал положительного ответа. Так брякнул наобум. Но не давать же заднюю.

— Отчего нет? Покажу тебе колорит настоящей индийской кухни, не той, что для туристов. Хотя, может ты такое и не будешь.

Даже представил ее изумление предстоящему обеду и сверкание идеальных пяток замызганных золотым песком. Но она сбила все мысли.

— Я попробую!

Я опять потерял дар речи. Мы прошли чуть вглубь острова. В полюбившееся мне кафе. Я уже знал хозяина лавки.

— Привет, Паван. Две порции вегетарианского карри, рис, чапати, джалеби, чёрный чай.

–

*от автора: Карри — традиционное индийское блюдо из бобовых, овощей и, конечно, целого букета специй. Чапати — лепёшка. Джалеби — вид сладостей, которые готовят из жидкого теста, которое выливают в кипящее масло, а затем вымачивают в сахарном сиропе.

–

— Привет. Сангье. Ты сегодня не один.

Индус привычно был счастлив всем вокруг. Девочка, на удивление, тоже улыбалась вполне приветливо, не смотря на внешний вид хозяина кафе и по совместительству нашего сегодняшнего официанта.

— Это Иренка — туристка из Польши. Я нахвалил ей твою кухню. Не оплошай.

Я подмигнул Папану. Зачем опять же? Никогда так не делал. Но он словно и не заметил.

— Все сделаю самым вкусным.

Через пятнадцать минут на столе появились тарелки. Без приборов. Это мне привычно. Я и сам давно ем руками, как местные. Иренка взглянула с непониманием.

— Это же типа овощного рагу? Как есть без ложки?

Я взял половину чапати, обмакнул в карри, собрав краями лепешки основу блюда, как бы заворачивая внутрь неё, откусил. Второй рукой зачерпнул пальцами рис и отправил в рот.

Индийский рис отличается от привычного нам. Он клейкий, не рассыпается и не размазывается.

Она внимательно смотрела за моими манипуляциями.

— Если тебе не хочется есть так или не приятно видеть, как я ем руками, скажи — я попрошу приборы. Надеюсь они здесь есть. Я понимаю, что смотрится не слишком эстетично. Но я уже привык.

Это все я проговорил, наблюдая все ещё сведенные ее брови.

Непривычно для себя отметил, что мне даже такое мизерное обстоятельство, как то, на сколько культурно я принимаю пишу, имеет значение.