На меня нахлынули разные воспоминания и вспомнились детские обиды на маму.

— Беатрис, я уверен, что ты найдешь выход из этой ситуации, ты сильная и справишься с этим. К тому же, у тебя есть я, кому ты можешь позвонить, выговориться и попросить о помощи. Я всегда буду на твоей стороне. — после этих слов мое сердце оттаяло. Мне хотелось плакать, но от счастья.

— Спасибо большое. Я это невероятно ценю и благодарна тебе за это. — сказала я, улыбаясь во все зубы. — Я надеюсь, что найду выход из этой ситуации.

Мы с Паркером еще некоторое время поговорили, и я пошла спать, глаза уже начинали слипаться, даже спички не помогли бы.

Беатрис

Проснувшись, я пошла в душ, а потом спустилась к завтраку. Пока я завтракала, мне в голову пришла идея пойти и прогуляться. Я смогу отвлечься от разных мыслей, посмотреть город, в котором давно не была, подышать свежим воздухом.

Так я и сделала. Натянув на себя гольф, сверху свитер, а под джинсы надев еще и лосины, я накинула куртку, обмоталась шарфом и пошла на улицу. Чувствовала себя каким-то колобком в таком количестве одежды, но зато я не замерзну и смогу погулять подольше. Я пошла в направлении школы, чтобы получше рассмотреть двор школы и само здание, а так же вспомнить тропинку, по которой ходила несчетное количество раз. Не прошло и получаса, как я была на месте. Пока я шла, из головы не вылазили слова мамы, которые я слышала вчера, или когда была ребенком. Я даже не заметила, как дошла, потому что все время была в своих мыслях и воспоминаниях. И чем больше моментов промелькнуло у меня в голове, тем больше я злилась. Во мне вспыхнула огромная обида на родителей. Я бы очень хотела иметь с ним тесные семейные взаимоотношения, чтобы я охотнее приезжала к ним и получала от них ту любовь, которую хотела, и давала это взамен. Я злилась на то, что все могло быть по-другому в наших отношениях и в моем умении выстраивать отношения с парнями. Если бы не Паркер, я бы этому так и не научилась. До него я была убеждена, что любви нет. Я почувствовала, как глаза щипет от слез. Надо что-то с этим делать, но что — я не знаю.

Придя домой, я поднялась к себе в комнату и открыла ноутбук, чтобы посмотреть на Ютубе какой-то фильм. Случайно я наткнулась на видео психолога об отношениях с родителями и обидой на них, и как с этим всем бороться. Я долго смотрела на него, держа руку над тачпедом ноутбука и решая, смотреть его или нет. Подсознание подсказывало мне, что от видео хуже не станет, поэтому я запустила видео и досмотрела его с первой до последней секунды.

За двадцать минут девушке, которая снималась в этом видео, удалось натолкнуть меня на некоторые мысли и разложить немного по местам все происходящее в моей голове. Из того, что она советовала, мне понравился метод написания письма родителям по отдельности, где я могу высказать все, что думая или чувствую по отношению к ним. Этим я и занялась. Я нашла в столе в своей комнате листочек и принялась писать. Первой, кому я написала, была мама. На то, чтобы выплеснуть полностью свои эмоции и чувства, у меня ушел час и два листа бумаги. Я уже давно так не плакала, как сейчас. Я вспомнила себя маленькой девочкой, которой очень сильно хотелось ласки, любви, принятия и заботы. Которая была готова отдать все своим родителям и была полна любви к ним. Девочку, у которой было очень много мечт, фантазий и планов, которыми я была полна и которыми я так откровенно и немного наивно хотела поделиться с родителями и получить одобрение, поддержку и веру в себя и свои силы. Мне было невероятно обидно осознавать, что мне не смогли дать ничего из того, что было нужно.

Но одновременно с этим пришло осознание, что мама в этом всем не виновата, потому что ее тоже такой вырастили, поэтому воспитывать меня по-другому она не могла, так же, как и я не способна сейчас ее изменить, исправить и как-то на нее повлиять. И пусть меня это злит, на даже после написания одного несчастного письма мне стало легче. Насколько я могла понять из просмотренного видео, этот процесс, который сейчас происходит со мной, называется сепарацией от родителей, и он не может проходить без слез и обид. Никто еще не сепарировался от мамы и папы безболезненно и легко. В процессе выполнение данной практики я поняла, сколько гнева во мне сидело и съедало меня изнутри. Моя семья была не сильно богатой, но на жизнь нам хватало, и тогда я безумно хотела съехать с этого дома и наконец-то почувствовать свободу, вдохнуть полной грудью. Я часто представляла, как я начну зарабатывать много и докажу родителям, что я это могу и что больше они не смогут плохо со мной обращаться, проверять мой телефон, как они могли это делать, забывая напрочь про личные границы и пространство. Я мечтала тогда освободиться от их влияния, и поэтому уехала учиться далеко. Только вот это не помогло. Как бы я не пыталась сбежать от себя, чувства все равно останутся, даже если я улечу на другой материк. Важнее не физически от них сепарироваться, а эмоционально. Поменять в голове свое восприятие семьи и их поведения в мою сторону.

Под влиянием эмоций я порвала это письмо и выдохнула с облегчением. Может, у меня и правда получится разобраться со своими проблемами, как и говорил Паркер.

Следующим был папа. Ему я тоже написала письмо и порвала его, чтобы окончательно с этим порвать и почувствовать свободу, легкость, которой мне так не хватало. Пока я писала, то поняла, что обид на папу во мне намного меньше, но они есть и по силе влияние такие же, как и обиды на маму. Выплеснув все, что было на душе, я улыбнулась и опять заплакала. Я устала, никогда бы не подумала, что написание текста может вытянуть с меня столько сил и энергии, но оно того стоило, я уверена.

Закончив с этим, я взяла телефон и позвонила Паркеру. Мне очень хотелось поделиться с ним тем, что я сделала сегодня, и узнать, как у него дела. Он взял трубку не сразу (скорее всего, был в душе).

Мне было приятно, что я могу ему доверять и все рассказать. Я его видела только на экране, но мне не хватало его прикосновений и близости, и мне оставалось только надеяться, что эта неделя пролетит быстро. Паркер рассказал мне, что сегодня встречался с друзьями и что начал читать книгу Марка Леви.

— Хорошо, что в вашем магазине теперь работают добрые консультантки, которые не скажут мне, что удивлены, что я умею читать! — сказал парень, и я хихикнула и закатила глаза.

— Я тебя тогда еще не знала. — оправдалась я.

Беатрис

После разговора с Паркером я легла спать, но долго не могла уснуть. Я ворочалась постоянно с одного бока на другой, и разные мысли мне почему-то не давали покоя. Я не вижусь с Паркером уже какой день и скучаю по нему, еще и мама меня встретила не так, как я ожидала. Все это на меня навалилось, и я еще долго прокручивала это все в голове, пока не уснула все таки к двум часам ночи.

Когда я проснулась, то в комнате было подозрительно темно, но не так, как глубокой ночью. Посмотрев на часы, я увидела, что сейчас пять утра. Я закатила глаза и плюхнулась на кровать опять. Какого хрена я так рано проснулась и проспала всего три часа? Я закрыла глаза, надеясь еще поспать, но у меня этого так и не получилось по непонятным мне причинам. Я опять ворочалась с одного бока на другой, даже на спине пыталась уснуть, хоть на ней я никогда не спала. Поняв, что все попытки заснуть тщетны, со страдальческим стоном я поднялась с кровати. Чувствовала я себя хуже, чем на утро после долгой пьянки. Я чувствовала слабость, потому что не выспалась, так что настроение было не ахти. Взглянув на зеркало, я ужаснулась тому, как я выгляжу после бессонной ночи. Лицо отекшее, к тому же глаза украшают мешки и синие круги. Выгляжу я в соответствии с самочувствием. К душу я не пошла, а поплелась. Данный глагол как нельзя лучше описывает мою походку на данный момент. Приняв душ, я почувствовала, что мне полегчало, но окончательно последствия бессонницы не ушли. За это я не люблю, когда у меня портится сон. Отдых ночью — один из самых лучших и самых главных источников энергии и сил, который меня сегодня подвел. Вместе с бессилием пришла еще и легкое раздражение.