– Я свои почти доела, – запротестовала Катя.

– Ну и что, поешь еще, – отмахнулся Женя. – Или чаю со мной попей.

– Как скажешь, – проворчала Катя. – Мог бы и сам поесть, без меня.

– Ох, мать, ты же сама жалуешься, что мы мало проводим времени вместе. – Женя с хрустом размял шею и встал со стула. Катя не удивилась бы, если бы при этом услышала бы громкий «чпок» отрывания с насиженного места. Женя работал за компьютером, отдыхал за компьютером, можно сказать, жил им. А еще посмеивался над ее привычкой «втыкать» на ночь в телефон.

Катя пила горячий чай мелкими глотками, пока супруг наворачивал остатки ужина. Вот ему, думала она, не помешало бы скинуть пару килограммчиков. Животик-то торчит.

– Кошмары снятся? – спросил Женя.

– Ага, каждую ночь одно и то же, – оживилась Катя. Ей хотелось поделиться с мужем, может быть, хотя бы он сможет ее успокоить. Когда-то мог.

Ей снилось, что она тонет. Погружается во тьму. Она пытается кричать, открывает рот и последние клочки воздуха выходят из ее горла пузырями. Она молотит руками и ногами, пытается выплыть, но не может. Ее держат. Она чувствует давление на горле, от невозможности вдохнуть ей сдавливает грудь, она дергается, пока тьма за глазами не поглощает ее.

– Ну и ерунда. – поморщился Женя.

– Так ведь мне снится это каждую ночь, одно и то же!

– Так у нас и все дни одинаковые, – усмехнулся Женя. – Встал, умылся, за работу, ужин, телевизор, спать. С чего вдруг взяться разнообразию?

– Неожиданно глубокая мысль для тебя, – заметила Катя.

– Ты еще не знаешь, на что я способен, – подмигнул ей Женя. – Серьезно, когда у тебя отпуск? Съездили бы куда-нибудь, развеялись.

– Опять на малую родину к твоей матушке? – поморщилась Катя.

– Ой, блин, ну что ты опять? Уже год прошел, до сих пор вспоминаешь. Ну съездили, ну и что? Скажи спасибо, что мама сама у нас в гостях давно не была.

– Спасибо, – сказала Катя сухо. Она рассказала мужу то, что давно ее мучило, но облегчения ей это не принесло.

***

Рядом с теплой спиной мужа, в темноте, Катя не могла уснуть. Глаза слипалась, но ей казалось, что стоит их закрыть, как она снова окунется в воду, перехватит горло. Вдруг она умрет во сне? Страх тонкой серебристой проволокой опутывал ее. То, что казалось неважным и смешным днем, ночью выглядело реальным.

– Женя, – прошептала Катя. Муж не откликнулся, он засыпал быстро и спал крепко. Катя приподнялась на локте и посмотрела на часы. Электронный циферблат показал ей час двадцать ночи. Если не уснуть сейчас, то утром на работе она будет как вареная макаронина. Остывшая вареная макаронина, что еще противнее.

Катя постаралась как можно тише подняться и зашлепала босыми ногами на кухню – к аптечке, выпить успокоительное посильнее валерьянки. Хотелось курить. Катя не курила уже больше пяти лет, но в стрессовых ситуациях старая привычка напоминала о себе. Внутренним взором она видела себя на балконе, вдыхающей аромат ночного воздуха и табачную вонь. Представила длинную сигарету в тонких пальцах и тут же выкинула глупые мысли из головы.

Ночью кухня выглядела странно, как будто Катя тайком пробралась в чужой дом и шарит там в темноте. Будь она вором, подумала Катя, оставила бы хозяйке записку, чтобы чаще мыла посуду. Пахло магазинскими грибами. По привычке открыла холодильник и заглянула внутрь – ничего нового не появилось. Все то, что она принесла по пути с работы – сыр, немного колбаски, рыбных консервы и хлеб. Женя редко утруждал себя походом в магазин и, тем более, готовкой. Первое время Катя пробовала просить его заниматься домашними делами, хотя бы жарить яичницу к ее возвращению. Он соглашался, но ничего не делал, а если делал – то плохо.

Катя доела уже второй бутерброд, когда вспомнила, зачем пришла. Таблетки лежали прямо в шкафчике у холодильника. В мятно-розовой упаковке они походили на маленькие зернышки древа спокойствия. Белая крупинка упала на ладонь, и Катя запила ее чаем.

Катя подошла к окну, ожидая, пока таблетки подействуют. Скудный свет фонаря выхватывал пустую детскую площадку с раскиданными по ней банками из-под пива, припаркованную как попало девятку соседа и ветви молодой березы, чьи листочки красиво трепетали на ветру.

***

Утром Катя проснулась в поту, с колотящимся сердцем, некоторое время смотрела в потолок, пока не пришла в себя. Повернула голову, мужа уже не было. Часы показывали восемь тридцать утра.

Сон, всего лишь сон.

Катя медленно моргнула.

Сон.

Провела рукой по влажному лбу.

Она все еще жива.

Снова посмотрела на часы. Восемь тридцать две.

Катя подскочила и начала спешно собираться.

– Проспала, – шипела она, хватаясь за телефон.