Шрифт:
— Ну, на службу, детка, можешь не являться, а в консультации по телефону ты ведь и так не отказывал мне, верно?
— Значит, «Камера обскура» заломила кругленькую сумму, и что дальше? — судя по всему, окончательно проснулся не только супердетектив, но и его ненасытное детское любопытство…
— Дальше я занимался вымогательством — выпрашивал субсидию у правительства. Ну, да это все позади. Сейчас главное — поймать птичку.
— А если это не та птичка?
Фоббс потянулся к столу, включил проектор и на стене возник перевернутый портрет мужчины.
— Будет надеяться, что нам повезло, — сказал Фоббс, копаясь в проекторе. — Опрос свидетелей показал, что этот тип нервничал во время митинга, все время озирался по сторонам и не выпускал руку из кармана…
Портрет на стене принял нормальное положение. Говоря по телефону, Фоббс время от времени переключал ручку проектора и на экране проходила портретная галерея свидетелей.
— Когда на трибуну взобрался Бесс, мир праху его, тип забеспокоился и поднял воротник плаща. Когда все скандировали, он молчал. Сразу же после выстрела он скрылся в строительных лесах.
На стене возник стоп-кадр с убегающим Мистикисом.
— Так вот, детка, — с воодушевлением произнес Фоббс, — в лесах обнаружен пистолет системы «чао», а именно из такого был убит Бесс. Словом, конец нитки в наших руках, а клубок размотается сам.
— Бывают клубки из рваных ниток, шеф, — сказал на том конце Крус, и было слышно, как он протяжно, со стоном зевнул.
— Ты на что намекаешь, детка?
— На то, что я не выспался, шеф.
— Ладно, валяй. Мне тоже не мешает вздремнуть.
Фоббс медленно опустил трубку и, взглянув еще раз на бегущего Мистикиса, ласково процедил:
— Нет, голубь, от меня ты никуда не уйдешь.
Вдруг на экране вспыхнуло пламя и стало пожирать кадр как раз с левой стороны, где находился Мистикис.
Фоббс выключил перегревшийся проектор и стал испуганно дуть на рамку, но было уже поздно: от вещественного доказательства, на приобретение которого потребовалась субсидия у правительства, не осталось ничего, даже пепла…
«И тогда я сжег свои ленты и на их символическом пепле поклялся…» — вспомнил Фоббс слова Син-сина и, перед тем как погрузиться в сон, поклялся, что обязательно посадит под арест Базинаса за преступную халатность в обращении с вещественными уликами…
XIII
Стенные часы пробили восемь раз.
Изабелл спрыгнула с кровати, подбежала к Крусу и стянула с него одеяло. Когда тот нехотя поднялся, собачонка подбежала к двери и замахала хвостиком. Он открыл ей, приказав:
— Смотри, не задерживайся, Изабелл, через полчаса начинается восьмая серия. И с бездомными псами, пожалуйста, не путайся, они тебе не чета!
Изабелл высокомерно фыркнула и исчезла за дверью.
Крус налил себе иону, с грустью взглянул на оставшиеся бутылки, плеснул в блюдце для Изабелл и, убрав постели, свернулся калачиком в кресле. Вспомнив о вчерашних событиях, он потянулся к телевизору и включил девятый канал.
На экране появился портрет Бесса в траурной рамке и в сопровождении скорбной органной музыки. «Камера обскура» продолжала прощаться со своим великим клиентом и благодетелем. Затем Бесса сменил комментатор Касас. Было заметно, что он с трудом сдерживает распирающую его радость.
— Дамы и господа, мы вчера показали вам несколько раз видеозапись исторической трагедии, — на одном дыхании выпалил он, — наш телефон не умолкал ни на минуту, детективы-любители наперебой предлагали нам версии — одна убедительнее другой. Компетентное жюри взвесило их, сопоставило, систематизировало…
На экране появилось «компетентное жюри» и Крус невольно улыбнулся: это были самые бездарные сыщики, не сумевшие доказать свою профессиональную пригодность даже на фоне «мальчиков» Фоббса!… -…и результаты, точнее, наиболее правдоподобные гипотезы, — трещал закадровый голосок Касаса, — были любезно отданы телекомпанией «Камера обскура» и распоряжение полиции, которая, как и следовало ожидать, оставила за собой право решающего голоса. Самой счастливой оказалась версия нашего главного режиссера господина Син-сина, который предположил, что убийца — вот этот! Пожалуйста, включите запись!
На экране возник стоп-кадр с бегущим Мистикисом. Объектив медленно надвигался на его фигуру, обведенную рамкой.
— Большинство из вас просто не заметило этого мгновенного кадра и этого подозрительного движения в левом углу экрана. Потребовалась поистине ястребиная зоркость глаза, чтобы в таком хаосе, неразберихе, сумятице отыскать ту маленькую, но фатальную для преступника деталь. И господин Син-син отыскал ее! Покажите еще раз, пожалуйста, сначала!
На экране снова ожила панорама Площади Воркующих Голубей, заснятая сразу же после убийства.