Выйдя из ванной комнаты, я наткнулась на Ингу стоящую прямо у дверей.

— Тебя можно поздравить? — язвительно поинтересовалась она.

— С чем? — непонимающе переспросила нахмурившись.

Тут итак голова болит, и ничего не соображаешь, так и она еще прикалывается!

По сравнению со мной, Инга цвела и пахла! Она не только успела привести себя в порядок, но и позавтракать. Словно мы не вместе вчера пили.

— Хватит тупить! — довольно грубо бросила она, заталкивая меня обратно в ванную и прикрывая за нами дверь. — Вспоминай, давай, вы с Кругловым точно предохранялись?

— Да!

— Уверена? — с нажимом повторила она, прищурив в недоверчивости глаза.

Я попыталась вспомнить тот вечер, но кроме унижения и злобы ничего не смогла припомнить.

— Кристина, вспоминай!

— Да не помню я! Довольна? Он меня выставил за дверь сразу же после секса словно проститутку, мне тогда не до этого было! — разозлившись, воскликнула, а после, прищурив глаза, поинтересовалась.

— Что он сделал? — с широко распахнутыми от удивления глазами спросила она, но тут же отмахнулась от этого.

— А с чего это ты интересуешься этим вопросом? — спросила, проигнорировав ее вопрос.

— А с того моя хорошая, что ты беременна!

И ведь так уверенно она это заявила, что я почти ей поверила! Вот честно слово! И я даже почти сдержала смех! Но увы…

Смеялась я долго, и даже головная боль мне не мешало. Это ж нужно было придумать такое!

Даже если мы не предохранялись, с одного раза вряд ли я смогла бы забеременеть. С Котовым мы столько лет были вместе… И если бы я беременела от каждого раза, то у Феди было бы фиговая туча братиков и сестричек.

— Да с чего ты это взяла? — кое как сквозь смех спросила я.

— Тебя только что полчаса выворачивало наизнанку! — заявила она, словно открыв мне глаза на правду.

— Знаешь Инга, такое иногда бывает с теми, кто переберет накануне с алкоголем, — объяснила, словно малому ребенку и попыталась выйти.

— Или с теми, кто беременный, — сказала она, словно и не слышала меня.

— Инга, это не сказка и так как тебе хочется, не будет, — с горечью проговорила. — И даже если ты права, это принесет мне только больше проблем. Так что оставь свои мечты, и дай уже пройти. Мне еще собираться нужно.

Я старалась не зацикливаться на словах подруги, но все же ее предположения посеяли в моей душе зерно сомнений. Непонятно откуда взявшийся обморок, который я списала на стресс, непереносимость дыма, и тошнота.

— Ну, спасибо подруга! Теперь весь день в голову будут крутиться сомнения! — недовольно пробурчала, направляясь в спальню. — Нужно будет заехать в аптеку по дороге домой.

Благодаря подруге сегодняшний день стал для меня самым длинным. Я с нетерпением ждала, когда же он закончится. Находясь вся на нервах, я совсем забыла о том, что Артем просил зайти к нему. Вот только вспомнила я об этом уже дома.

— Ну, привет, чем вы сегодня без меня занимались? — поинтересовалась у мамы и сына, проходя на кухню.

Мама привычно возилась у плиты, а Федя что-то рисовал за столом. Подойдя к нему я привычно потрепала его по макушке.

— Ну, мам, — протянул недовольно Федя, вскакивая и убегая из кухни.

— Он сегодня весь день такой, — проговорила мама. — Ходит обиженным, что-то недовольно бурчит. И я его прекрасно понимаю! В школу не отвела, на улицу к ребятам играть не отпускаю. Ему хочется знать почему, а я не знаю, что на это ответить!

— Мам, и вот как быть? Я столько думала сегодня и не знаю что делать. Если Петру взбредет в голову отобрать у нас Федю, то он сделает это и глазом не моргнет! Да и вечно держать Федю дома у нас не получится, — устало проговорила, присаживаясь на место, где только что сидел сын.

— Я сегодня тоже думала об этом, — призналась мама, присаживаясь напротив. Она положила руки, в которых держала полотенце на стол, и как-то с горечью проговорила. — А почему бы тебе не попросить помощи у Артема?

— С чего вдруг я должна просить у него помощи? — спросила удивленно. — Да и вряд ли Артем что-то сможет сделать.

— Но вчера же он помог? …

— Это была его инициатива! Кто знает, как он отреагирует, если я попрошу его разобраться с Котовым, — недовольно проговорила, отводя от мамы взгляд.

— Я видела вас вместе, и то, как он смотрит на тебя. Я чувствую что он не откажет…

— Мам, не начинай! — перебила ее. — Между нами быть ничего не может. Тебе ли не знать как такие как он относятся к таким как мы. Так что в его взгляде кроме как жалости к нам быть ничего не может.