— Что ж они всё никак нормально не сработаются, — главная советница вздохнула и принялась раскладывать бумаги. — Коль, свяжись с главным стражником и главным инквизитором, предложи себя третьей стороной на их встрече, не хватало нам инцидентов на горячую голову. И что с этими нашими собеседниками?

Полина Евгеньевна кивнула в сторону шёпотом спорящих гостей, их уже было пятеро.

— Показал им панель, — пожал плечами седобородый и съел ещё ложку охлаждённого десерта, — при них попросил принести себе мороженого. Предложил обменяться на метеосистему.

— А, сразу с козырей зашёл? — хмыкнула главная советница, встретилась взглядом с одним из гостей в общающейся группе и мило ему улыбнулась. — Тогда нужно помочь им принять правильное решение. Всё-таки хорошо твоя технология расходится, Ти. Жаль, что она такая простая, я бы её засекретила.

— Согласен с вами, Полина Евгеньевна, — кивнул седобородый, — лучше было бы засекретить. Но аргументы профессора Немолова, к сожалению, железобетонные. Техника слишком простая для изучения, разойдётся мгновенно, так что нужно продавать, пока продаётся.

Встреча прошла как обычно — споры, переговоры, любезные улыбки, напряжённые взгляды, шелест бумаг и тихие разговоры двух правителей. Лысый темнокожий советник и Полина Евгеньевна под конец совещания торжественно обменялись небольшими пачками с описаниями технологий, правители довольно пожали друг другу руки и мы все вместе вышли из зала. А так как до следующей встречи было ещё чуть больше сорока минут, я решил узнать, как дела у Лены.

— Эта Ирлисса меня с ума сведёт, — мы пили чай с плюшками в небольшой комнатке отдыха, с кухни напротив что-то шкворчало, звенело, повара дежурно переругивались. — Она вдруг стала невероятно любезной и вежливой. Всё ей нравится, всё вокруг замечательное и прекрасное, еда отменная, постель невероятно мягкая. Предлагает мне попробовать блюда со своего стола. Её что, подменили?

— Ну, может, ей действительно всё понравилось, — пожал плечами парень напротив.

— Да быть такого не может, — отмахнулась его соседка, — Миш, понимаешь, такие не меняются. А она та ещё лиса. Лен, наверняка эльфийка что-то задумала, будь осторожнее. Кстати, она, видимо, решила, что её отравить собираются, вот и кормит тебя со своего стола. Как же хорошо, что мне к ней ходить не нужно.

— Да уж, — Лена вздохнула, — а ещё Семён приболел, Раиса Рыковна сейчас от вуандийцев не отходит, я одна хожу к эльфийке. Свет, с чего ты решила, что она отраву на мне проверяет? Не знаю… Может, она просто ко мне привыкла? Видит, что я стараюсь, и обороты сбавила?

— Угу, конечно, — хмыкнула соседка Михаила, — Лен, говорю тебе, я тут уже второй год работаю, и если кто-то из высших чинов становится невероятно любезным, значит, он что-то задумал. Будь настороже. Я слышала, что она очень сильна в ментальной магии. Не заметишь, как зацепит тебя.

— Да знаю я про ментального мага, — Лена вздохнула. — Мне шесть амулетов защиты всучили, говорят, даже ей сразу не пробить, я смогу почувствовать атаку и точно успею убежать. Вы не представляете, как же надоело их таскать. Они так звенят при ходьбе, я как погремушка по коридорам хожу! А вы слышали, что говорят, будто у неё появились какие-то серьёзные проблемы и её хотят сместить с поста министра магии?

— Попробуй сместить такую, протянутую руку по плечо откусит. Она же тут всё разнесёт! Вот пусть они уедут отсюда в свою Эльфийскую Империю и там уже устраивают разборки.

Почему все с такой опаской так обсуждали Ирлиссу? Она же теперь безвредна.

— А я слышал, — подал я голос, — что её от источников энергии отключили.

— В смысле отключили? — округлила глаза Света. — Как это? Нет, я слышала, что так раньше делали вместо казни, наказание для особо зарвавшихся магов, но это было давно и сейчас такое не практикуется. Да и там ведь сложный ритуал на несколько недель. Ну, ладно, допустим это так. Но вы представляете, что это означает? Целый министр магии целого государства отключен от источников!

Собеседники забормотали, обсуждая эту новость, а я прикусил свой язык. Ну и зачем нужно было это говорить?

— Не думаю, что она отключена от энергии, — задумчиво проговорила Лена. — Нет, вчера она действительно была необычайно смирной и даже как будто немного грустной. Я ещё подумала, что она, наверное, сильно утомилась, или приболела, но сегодня-то она была прямо вся такая активная и довольная. Если бы эльфийка потеряла свои силы, то с чего ей быть такой радостной? Я на её месте была бы в отчаянии.

— Может, она такая радостная, что нашла какой-то выход из ситуации? — с азартом продолжала темноволосая Света. — Если министр магии больше не имеет доступа к источникам, то это обнаружится очень быстро. Она точно потеряет свой пост. А с характером Ирлиссы наверняка у неё есть доброжелатели, которые только и ждут, как бы она оступилась. Интересно, а Раиса Рыковна слышала об этом слухе? Ти, ты от советников это узнал?

— Даже не помню уже, — смутился я, щёки предательски загорелись, — где-то в коридоре говорили. Я, наверное, неправильно услышал.