Ночь была спокойной. Лишь загулявшие подростки из местных плебеев кое-где сидели на плоских крышах панельных домов да на берегу водохранилища, и все, как один, глядели вслед убегающему белобрысому юноше. А он их и не замечал — только бежать, бежать, как можно быстрее, меж длинных рядов ферм, мимо шатров и мрачных зданий из бетона. Туда, где спали в обнимку с манипуляторами, ковшами и колесами свои. И только Керон со своими приближенными, в том числе и Эолом, не спали — совещались, склонившись над картой, отпечатанной на электрочернильном экране, в свете тусклой, подвешенной на проводе лампочки.

— К-Керон! — выпалил Техей, вбегая в шатер, ставший передовым штабом. — Беда!

— Уже? — прохрипел вождь, и все взгляды устремились на юношу.

— Нам… Мхм… Что-то происходит! Будет бойня! Я…

Все, кто был сейчас в шатре, тихо, вежливо засмеялись. Никто не потешался над глупостью и юностью Техея, нет — скорее было забавным то, как он страшился грядущего, нервничал, как отчаянно пытался предупредить.

— Молодец, парень, — Керон небрежно потрепал его по голове, взъерошивая и без того непослушные волосы. — Молодец, что сразу к нам пошел. Мы знаем, Техей, но все-равно молодец.

— З… Знаете? — он поднял алые глаза на вождя.

— А что бы я за вождь был, если бы не предвидел такое? — усмехнулся он. — Эй, Никос! Как там паренек держался?

Из темноты в шатер, вслед за Техеем, ввалился толстый, широкоплечный мужчина в легком плаще-джуббе, капюшоне и с полноценным боевым резаком на плече.

— Да нормально, — улыбнулся он большими, жирными губами, отчего на щеках появились ямочки. — Чуть не обоссался перед девчонкой, правда, но в общем и целом… Ну да.

Керон усмехнулся. Техей непонимающе смотрел то на него, то на Никоса.

— Вы следили за мной? — ахнул он, осознавая, наконец, всю глубину заговоров, шпионажа и контршпионажа, творящихся с момента прибытия.

— Не следил, Техей, а прикрывал, — Никос ткнул его в плечо локтем, подмигнул. — Эол должен был тебя такому научить.

— Ладно, ладно, все, не наседайте на него, — Эол, наконец, вышел вперед, подошел к своему воспитаннику. — На него и так много всего навалилось.

— Но пора бы его уже посвятить в наши планы, — жестко отрезал Керон. — Парню надо учиться. Он, может, еще всех нас переплюнет. Давай-ка, сынок, подходи к карте, мы как раз начинаем.

Техея обуревала целая масса эмоций, от которых щеки его зарделись краской. Волнение, страх, гордость, злость и чувство братства — противоречивые ощущения мешали нормально дышать, заставляли кровь шуметь в ушах, а руки мелко подрагивать. Он сделал шаг вперед, чувствуя руку своего воспитателя на плече. Нет… руку отца, пусть и не родного. Руку отца, который наверняка боялся за Техея больше всех этой ночью… Но доверился и ему, и племени. Техей чувствовал тепло, исходящее от Эола, но сильнее всего — гордость.

— Кхм, — прокашлялся Керон. — Собрались, начинаем.

В день, когда заканчивали и подготавливали к запуску гидротурбину, Техей был на взводе. После того, что он услышал на совете в ту ночь, нельзя было расслабляться ни на секунду. Юноша знал, что очень и очень скоро случиться нечто ужасное, однако никакой ясности все так же не было.

— Согласно данным разведки, — пояснял в ту ночь Керон. — Целью предполагаемого противника не является вся семья. Принцесса Тея правильно догадалась, что готовится покушение, однако лишь на одного из нас.

— На кого же? — вопрошал кто-то из совета, голубоглазый мужчина, которого Техей редко видел вблизи.

— А вот это правильный вопрос, — вождь щелкнул пальцами, прикурил от плазменного резака металлическую трубку. — Противник шифруется. Мы не знаем кто им нужен, не знаем зачем. Известно только, что покушение готовится в день запуска водной системы.

— Значит, любой из нас? — мрачно констатировал Эол.

— Любой, — кивнул Керон, выпуская из носа дым. — И известно, что убийство будет совершено силами архитекторской гвардии.

В шатре повисла тишина. Каждый обдумывал сказанное, и обдумать было что — племена могут бесконечно вздорить между собой, могут убивать друг друга, наказывать плебеев чужих племен за малейшие ошибки… Но Архитекторы? Их репутация была непогрешима даже среди племени петрамантов, и это при том, что эти загадочные фигуры редко вмешивались в жизнь племени вне рамок инженерных заказов. Они правили землями, не людьми — поэтому петраманты, будучи скитальцами, были лишены опеки свыше, но имели практически полную свободу, чем не могли похвастаться иные человеческие сообщества. Так или иначе, вмешательство Архитектора в извечный межплеменной конфликт могло означать лишь одно — кто-то там, наверху, сделал свой выбор, и не в пользу племени Техея.