…

— Лифты ликвидированы, господин Романо, — констатировал Прорыв, оборачиваясь. — Что с этими будем делать?

— Ну, торопиться нам некуда, — Романо сел перед человеком, кажется, со сломанной ногой. — Вы командир?

— Да. Капитан в отставке Найджелл Файз. Файз является также и позывным, — проговорил человек мрачно. — Что с нами будет? Что будет с бойцами под землей?

— Конечно же, мы вас всех расстреляем, — с иронией произнес Романо, а Файз уставился на человека сумасшедшими глазами. — Шутка. Вы простые пешки. Я не хотел убивать и тех, кто остался там, внизу. Однако, был вынужден.

— Спасибо за милосердие, — произнес Файз. — Отправите нас на другие миры?

— Зачем? Вам и тут можно остаться, — а Файз во время этих слов улыбнулся.

— А мести не боитесь, господин Романо? — спросил человек, глядя на директора экспроприации.

— Нет, — проговорил спокойно Романо, после чего скомандовал ЧВКшникам: «На землю!».

Медленно, с каким-то недовольством, они ложились на пол, после чего за спинами застегивались наручники.

— Черноглаз?

— Да, командир? — спросил человек, подойдя к Романо.

— Останешься с ними. И еще пару бойцов возьми, — проговорил директор спокойно, после чего Черноглаз кивнул.

…

Тем временем, на первом этаже бойцы уже сидели на полу. Они даже не пытались пробиться, хотя один отряд подкрепления уже находился здесь, а вот противник время от времени постреливал по дверям.

— Издеваются, суки… — прохрипел майор. — Мы тут как мыши в мышеловке.

— И какие Ваши предложения, майор? — спросил один из пулеметчиков.

— Лично мне не хочется, чтобы меня запомнили как труса, который побоялся собак корпоратов. Предлагаю самоубийственную атаку, — проговорил человек, глядя на окружающих.

— Это бессмысленно, — отозвался кто-то из солдат. — Мы воюем в бесполезной войне. Это даже не рогарийцы, да и Итарис уже продан. Я лично не хочу оказаться среди товаров.

Майор нахмурился, после чего тоже сел на пол. Действительно, умирать здесь не было смысла. Он включил рацию.

— Генерал Шиллинг, на связи майор Кавил. Каковы наши действия? — спросил человек, чей голос отзывался в рациях других бойцов.

…

Шиллинг тем временем тяжело дышал, что-то болело внутри. Он сидел в одном из кресел где-то на втором или третьем этаже. До этого он мог наблюдать, как шаг за шагом превращали в прах его солдат. Одного за одним, одного за одним, а теперь слышался голос Кавила, который был зажат пулеметами каких-то страшных механических чудовищ на первом этаже. У него не было и шанса, чтобы выбраться наружу и дать достойный бой.

— Генерал Шиллинг на связи, — хриплым голосом проговорил генерал. — Даже не пытайтесь прорваться. Мы обречены.

— Отставить эту блевоту всепропальщескую! — раздался голос Отто. — Вы генерал! Вы должны поддерживать своих бойцов морально!

— Только вот мы воюем не в той войне, чтобы могла быть хоть какая-то мораль, — послышался голос Файза. — Сложите оружие, бойцы. Романо дал мне и моим бойцам волю жить. Мы зря сражаемся.

В этот момент что-то очень сильно кольнуло в груди Шиллинга, он прямо-таки сложился вдвое от этой боли, но потом вдруг стало легче. Он слышал, как кто-то ругался по рации, но постепенно голоса стали стихать. Взгляд начал размываться, а генерал стал падать со своего кресла. Еще мгновение, и свет померк. Наверное, его могли бы спасти какие-нибудь медики, но сейчас он лежал на полу в полном одиночестве. Брошенный и забытый. Он точно не хотел умереть таким образом.

…

— Слушайте меня внимательно, господа Лефтхенд, Блюхарт и Ли. — Романо взял рацию из рук Файза. — У вас есть шанс уйти отсюда живыми. Вы просто распишетесь в определенных документах, и никто не пострадает.

— Ага. Верить каренианской собаке! — послышался голос Лефтхенда. — Спускайся, Лис, я жду тебя. У меня будет самый теплый прием.

— А есть на волне кто-то более адекватный? — спросил Романо.

— Есть. Это Харрис Блюхарт. Что ты хочешь, Романо?

— Я бы хотел, чтобы Вы прекратили те действия, которые производите против меня, — Романо в этот момент поднялся с пола крыши.

— Какие действия мы против тебя производим?

— Даже не знаю. Был один планшет у кворонов, так там было написано о том, что мы собираемся напасть на их отсек станции в составе двух отделений шок-пеха, а также примерно двадцати восьми бойцов из наемников. Данное письмо было написано не кем иным, как одним из сотрудников МилитариКорп, чье имя было скрыто, так как аккаунт был рабочий. Как понимаю… Мне не о чем с Вами разговаривать, господин Блюхарт. Мне придется штурмовать десятый этаж. Я рад, что мы договорились, — улыбнулся Романо, после чего отключил рацию. — Грэм, Жабодав и Прорыв — идете первыми, Горец и я замыкаем. Лестница относительно узкая, но думаю, что получится спуститься.

— Я предлагаю подорвать предпоследнюю серию ступенек, — проговорил Прорыв.

— Зачем? — спросил Грэм, глядя на человека и слегка не понимая.

— А затем, что это позволит нам сделать пацанам Лефтхенда определенную неожиданность, кроме этого, ускорит возможности нашего спуска, ну и… Создаст небольшое укрытие, — спокойно проговорил Прорыв.

— Вай, голова! — усмехнулся Горец. — Ловко ты придумал, я сразу и не понял!

— Опыт штурмов — не более, — ухмыльнулся где-то под закрытым шлемом Прорыв.