— Я быстро, - схватив сверток, я рванула в кабинет и, закрывшись внутри, уселась в кресло и разорвала бумагу, залитую сургучом.

Руки тряслись, а из глаз хлынул слезы. Виктория, да, та самая молодая женщина с мудрыми и грустными глазами нашлась. И ее борщ, ее умение даже в таверне со смешным названием устроить лучший ресторан в канганате сделали ее ридгандой.

Теперь оставалось найти одного – того молодого мужчину в очках. Его рисовала Варя в маршрутке первым. Нашелся даже Сан Саныч! Я вдруг поняла, что Варя отправилась не домой. Она хотела найти попутчика, с которым не успела обменяться и словом. Вот почему она грустила, когда мы обсуждали всех, кто сел в маршрутку в тот день. Она думала о нем.

Храм встретил меня тихим перешептыванием жрецов. Эхо здесь было таким сильным, что утаить что-то в разговорах даже шепотом было невозможно. Я хотела услышать тот голос – голос своей бабушки. Теперь, когда я была в безопасности, среди друзей, рядом с любимым мужем, я хотела знать, чего именно хотят эти самые боги от меня. Мне нужны были ответы на несколько вопросов.

Я простояла там, наверное, минут сорок, но ничего так и не услышала. Подходило время колокольчиков, после которых в Храм начинал валить народ. Жрецы подожгли пучки трав, окурили каждый угол. Каждый из них внимательно смотрел на меня, проходя мимо, но я пыталась не сбиться с мысли, старалась уловить хоть какой-то намек на присутствие здесь потусторонних сил.

Приятный запах от тлеющих пучков начал переходить в вонь, а потом я почувствовала, словно кто-то выдернул волос из моей головы. Я резко обернулась, но позади меня никого не было. Стены вдруг закружились, а потом и вовсе растворились.

— Ты и сама знаешь ответы на все вопросы, с которыми пришла.

— Не знаю, - я пыталась найти глазами точку опоры, но все продолжало кружиться вокруг меня.

— Ты все делаешь правильно. Даже когда ты ошибаешься, ты делаешь правильно, Малисат, - только сейчас я поняла, что голос больше не принадлежит моей бабушке.

— Кто ты? Я не верю в то, что боги могут разговаривать.

— Хорошо, тогда тебе будет проще, если ты узнаешь, что мы не боги, а люди, которые когда-то жили на Земле.

— На Земле? Там, где жила я? Вы об этой Земле? – мне показалось, что я привыкла к этому движению вокруг и даже начала улавливать какие-то частицы.

— Когда совсем небольшие изменения в истории Земли приобрели одну из альтернативных ветвей течения жизни… Нам просто пришлось строить жизнь здесь. И мы смогли остаться, как огромные эгрегоры[1].

— То есть, вы смогли сохранить свои души здесь, в Храме? – у меня мурашки пробежали по спине от того, что говорил этот женский голос.

— Так тебе проще понять, о чем идет речь, но лучше забыть это.

— Понятно. Значит, ты сотрешь мне память?

— Нет, не сотру, потому что ваши знания тоже окажутся здесь. Нам нельзя потерять то, что мы собираем веками, - казалось, она начинает смеяться надо мной, но в самую последнюю секунду я поняла, откуда мне знаком этот голос. Это был мой голос, голос меня прежней. Голос Елены.

— Тебе приятно, что он не пропал?

— Мне страшно слышать его отдельно от себя.

— Так ты быстрее примешь себя нынешнюю. Все, что вы делаете здесь – необходимо для того, чтобы Империя возродилась, чтобы то, над чем мы работали, продолжало жить.

— Этот мир?

— Можно сказать и так.

— Каждый из вас раньше был живым человеком?

— Почти все. Люди добавили своих, потому что так им проще объяснять свои недостатки. В вас этого нет.

— Мои вопросы… - начала было я, но голос перебил меня.

— У тебя будут близнецы, а потом снова близнецы, Малисат. Жаль, ты не видела твоих братьев. В семье Малисат это привычное дело.

У меня в горле встал огромный ком, и на глаза навернулись слезы. Да, мое сознание не могло ответить на этот вопрос, да еще и так изощренно. Осталось проверить. Если голос не врет, значит это не мое сумасшествие.

Я открыла глаза и поняла, что вокруг меня большая толпа. Жрецы пытались напоить меня водой, кто-то спрашивал, что я видела и что сказали мне Боги, а я испуганно вращала глазами, стараясь не забыть ни слова из того, что говорила мне Эрина.

Аккуратно, стараясь, чтобы никто не заметил, я положила руку на живот. Ничего не почувствовав, я выдохнула.

— Ридганда, ридганда, мы здесь, - голоса Мидели и Палии обрадовали меня. И люди, наконец, разошлись. Они помогли мне дойти до коляски, и мы отправились к нашему Хоттабычу. Я боялась, что он сейчас не скажет мне того же, что сказала Эрина, которая когда-то была таким же человеком, как и я. Только, может, умнее, раз им удалось открыть новую, альтернативную жизнь Земли.

— Она была на волоске от смерти, Эрина. Нельзя было выкинуть ее в тело хиретки, - низкий мужской голос под сводами Храма не слышал уже никто.