О встрече с родителями Вове ничего не говорю. Мы только начали встречаться, не хочу и не могу, загружать его своими проблемами.

А еще я боюсь, до одури боюсь, что Вова просто убежит от меня сверкая пятками, как только узнает, что я такая проблемная, и так он возился со мной и в больнице все организовал, все решил, с Мишкой все вопросы решает, и так у него с нами куча дел, не могу я добавить туда еще своих родителей. Тем более, я уже не воспринимаю так остро как раньше, их плохое отношение ко мне.

Я успокоилась и перестала думать о встрече с родственниками, мне предстоял разговор с Мишей, вот о чем я стала переживать. Сын очень хорошо ладил с Вовой, буквально в рот ему смотрел, я надеюсь, что то, что мы встречаемся придется сыну по душе.

…………………………………….

— Карин, я сегодня не приду, прости. Буду очень поздно, неожиданно в спорт центр, нагрянули все службы города от пожарников до налоговой, пиздец просто! — сокрушался Вова мне в трубку.

— Ничего себе!? В честь чего у тебя такой праздник!? — спросила я, а у самой не хорошие предчувствие.

— Да, чтоб я знал!? Видно у них планы горят, конец месяца как ни как, вот они и нашли на ком выкрутиться.

— Что все сразу на тебя, да еще и в один день!? — спросила я.

— Ну да, странно как то, но ничего не поделать, ладно Карин я пойду, скучаю по тебе, малыш — ответил Вова и положил трубку.

Я даже не успела ответить, что тоже скучаю.

……………………..

Мои нервы на пределе, уже как пару дней на работе у Вовы происходит полная ерунда. Проверки за проверками, такое чувство, что его спорт центр, единственный в городе. Вова практически ночует на работе, мы не виделись уже пару дней. Я безумно скучаю, да и Мишка не устает повторят, что тренироваться с другими тренерами ему не нравится, он хочет только дядю Вову, так и хочется крикнуть я тоже хочу, только дядю Вову!!!!

Я стала раздраженной и невнимательной, мне очень не хватала Вовы, во всех смыслах, а еще то, что Миша не знает о нас, лишала меня возможности, даже просто прикоснуться к Вове, когда мы были втроем. Я тверда решила, что пришло время рассказать сыну о нас и наконец перестать скрываться.

Когда я рассказала об этом Вове, его радости не было предела, мы решили сделать это на нейтральной территории, в кофе.

……………………………..

— Миш, спускайся, дядя Рома ждет у подъезда — говорю сыну, а сама пытаюсь накрасить ресницы и не выколоть себе глаз, спешу очень.

Мы опаздываем, причем сильно, Вова наверное заждался нас. Сама виновата, тупо проспала, так нервничала, что решила пару минут подремать, а вырубилась на пару часов, хорошо Рома, приехал, что бы передать мне документы, которые я забыла в офисе, и не нужно вызывать такси, моя машина опять в ремонте, чтоб ее! Как же все не вовремя!

Рома согласился нас подвезти, отправив Мишу в машину, я собиралась со скоростью звука, бегая по квартире как метеор.

Совершенно не реагирую на телефон который вибрирует в кармане, но когда выхожу из квартиры, смотрю, кто так настойчиво добивался разговора со мной.

Папа, пропущенных более десяти звонков. Перезваниваю. Значит, что то случилось раз он так настойчив.

— Наконец! Ты соизволила поднять трубку — первое, что он мне говорит.

— Что то случилось!? — не обращаю внимание на его тон, попутно жму на кнопку лифта.

— Случилось! Я не доволен твоим поведением Карина.

— Пф! Я уже взрослая и самостоятельная, что бы обращать внимание, на твое недовольство — отвечаю я, заходя в лифт.

— Ты почему заявление на Никиту, еще не забрала!?

Все как всегда, зачем перезвонила!? Сейчас только нервы себе попорчу.

— Потому, что Никита должен быть наказан за то, что сделал!

— Карина!!!

— Папа! Я не собираюсь с тобой спорить, оправдываться или объяснять свои поступки! Если это все, что ты хотел!? То кладу трубку, я занята.

— Ах ты вот так!?

— Да папа, я так.

— Как всегда Карина, ты сама виновата, что так происходит! Ты сама провоцируешь нас на действие.

— Кого нас!?

— Меня и Никиту. Была бы нормальной женой он бы руку на тебя не поднимал, и любовницу не завел.

— Значит так папа! Хватит!

— Не хватит! Или ты думаешь просто так у тренера Миши, проблемы!?

Я замерла на месте, уже вышла из лифта, оставалось только выйти из подъезда, как слова папы, пригвоздили меня к полу.

— Что ты сделал!? — прорычала я.

Злость, дикая злость охватила меня.

Сколько можно издеваться надо мной!?

Я же ничего от них не требую! Ничего не прошу! Неужели нельзя оставить меня в покои!????

Зачем вмешиваться в мою жизнь!?

— Пока еще ничего, лишь немного воспользовался связями.