Не знаю сколько прошло времени, но из леса мы выходили, тяжело дыша и с трудом волочили ноги.

— Может выпьем? У меня есть коньяк, — предложил князь, — меня, кстати, Михаил зовут.

— Андрей.

Вот такое начало вечера мне уже начинает нравится.

Проснулся я с ужасной головной болью. Коньяк был хороший, но пить его после такого затрата магии, наверное, не стоило. Несколько минут я лежал в кровати и пытался вспомнить нет ли руны, которая снимет похмелье. Вот Яна точно знает, только она скорее всего уже смылась.

Нужно было собираться на завтрак, а потом на тренировки, поэту я поплелся в ванную с надеждой, что мне станет лучше после душа, но нет лучше не стало.

К головной боли присоединилась тошнота. Я очередной раз пообещал себе больше никогда не пить и спустился в столовую.

От вида завтрака стало тошнить еще сильнее, и я уже хотел вернуться в свою комнату, когда в столовую вошел Давыд и с ним двое в темно-синих мантиях. Я уже знал, что это местные маги, которые следят за порядком.

— Андрей, где ты был вчера ночью? — Спросил Давыд.

— В лесу, — я попытался вспомнить не сильно ли досталось князю, может он вчера после нашей небольшой попойки решил на меня пожаловаться.

— Во сколько ты вернулся в комнату, и кто тебя видел? — Чаусский был серьезен, как никогда.

— Не помню, очень поздно. Князь Михаил меня видел, мы вернулись вместе.

— Пройди с ними, а я пока проверю твои слова, — Давыд кивнул головой в сторону парней в синих мантиях, — и еще, дай мне свои руки.

Я протянул руки, Давыд взял меня за запястье и на них тут же появились два широких золотых браслета.

— Это временно заблокирует твою магию, пока мы во всем разберемся.

— В чем разберемся, — я попытался призвать магию, но она не отвечала.

— В комнате Яны Ключевской найдено много крови, все ее вещи на месте, но самой Яны нет. Мы должны разобраться в том, что тут произошло. Недопустимо, чтобы в стенах Оршаила совершались преступления, особенно подобные. Наказание за такое может быть только самое суровое.

— Я не видел вчера Яну, то есть видел, но вечером, — я был в замешательстве.

Кровь? Как такое может быть? Что с ней произошло?

Давыд не стал слушать меня дальше, а просто вышел из столовой, остальные присутствующие не сводили с меня взгляда. Один из тех, кто должен был меня сопровождать указал рукой на выход.

Сопротивляться не имеет смысла. Сейчас они все проверят, и я поговорю с Давыдом.

Меня отвели в мою комнату и заперли. Хорошо хоть не в темницу посадили. Под дверью постоянно кто-то дежурил, я слышал шаг и шуршание.

Несколько часов я провел в ожидании, мне ничего не говорили, и никто не приходил.

Пару раз я стучал и звал охранника, но он не отвечал, хотя стоял у самой двери.

Бросив попытки, я попытался вспомнить вчерашний вечер. После первой бутылки коньяка все было как в тумане. Но я был уверен, что не навредил бы Яне. Если только Тара… Перед возвращением в крепость я точно ее заблокировал.

А что, если она взяла верх над сознанием пока я спал? Я становлюсь сильнее, и она тоже.

Нет. Я уже просто себя накручиваю.

К вечеру пришел Давыд и попросил рассказать все события вечера.

— Как я и говорил, я вернулся с Михаилом из леса, мы выпили в его комнате, и я пошел к себе.

— Что вы там делали?

— Я хотел чуть выпустить пар, и мы с князем немного поборолись.

— С помощью магии?

— Да.

— Это оттуда у тебя ссадины?

Я согласно кивнул. Я был в футболке и на руках отчетливо были видны ссадины и ожоги от магического хлыста.

— Ты заходил к Яне.

— После леса нет, но мы виделись раньше. Она сказала, что хочет сбежать.

— Сбежать? — Чаусский удивился, неужели хоть что-то смогло пронять его каменное лицо.

— Так она мне сказала.

— Ее вещи все на месте. Нет следов, что она сбежала.

— А деньги? — Я вспомнил про несколько пачек денег, которые мы забрали у паучихи, она бы точно их не оставила. Вещи могла оставить специально, чтобы не сразу заметили ее исчезновение, а вот деньги бы точно забрала.

— У нее было много денег?

— Насколько я знаю да. Нам удалось заработать пока мы добирались сюда после кораблекрушения.